Дарю тебе железное кольцо бессонницу восторг и безнадежность
«Ïîâåñòü î Ñîíå÷êå» Ìàðèíà Öâåòàåâà ïèñàëà â ýìèãðàöèè, â 1936 ãîäó. Öåëüþ, ñ êîòîðîé Öâåòàåâà ïðèíèìàëàñü çà ðàáîòó, áûëî âîñêðåñèòü óìåðøóþ ïîäðóãó àêòðèñó Ñîíå÷êó Ãîëëèäåé. Íî íà ñòðàíèöàõ ïîâåñòè âîñêðåñëà è ñàìà ìîëîäàÿ Öâåòàåâà, «îêðóæåííàÿ òðîéíûì êîëüöîì ïîêëîíåíèÿ».
Âðåìÿ äåéñòâèÿ êíèãè 1919 ãîä. Òîãäà Ì.Öâåòàåâà áûëà ÷àñòûì è æåëàííûì ãîñòåì ñòóäèè Åâã. Âàõòàíãîâà. Ñàìûå áëèçêèå îòíîøåíèÿ ñâÿçàëè Ìàðèíó ñ òðåìÿ ñòóäèéöàìè Ïàâëîì Àíòîêîëüñêèì, Þðèåì Çàâàäñêèì, Âëàäèìèðîì Àëåêñååâûì. Ñ «Ïàâëèêîì» Ìàðèíó ðîäíèò òî, ÷òî îí íå òîëüêî àêò¸ð, íî è ïîýò, âõîäÿùèé â êðóã èçáðàííûõ, äóøåâíî áîãàòûõ ëþäåé. «Þðî÷êà Ç.», áëèçêèé äðóã Ïàâëà, äëÿ Ìàðèíû ñòàíîâèòüñÿ íå åäèíîìûøëåííèêîì, íî îáúåêòîì ïîêëîíåíèÿ, îíà ëþáèò â í¸ì åãî «àíãåëüñêóþ» êðàñîòó. «Âîëîäÿ» — âîçíèêàåò êàê àíòèïîä «Þðî÷êå», äîáðîòà êðàñîòû, îëèöåòâîðåíèå íàä¸æíîñòè, ñèëû.
Êàæäîìó èç òðîèõ Ìàðèíà äàðèò ïî ïåðñòíþ. È êàæäûé ðàç ýòîò ïîäàðîê íå ïðîñòî ñëåäñòâèå ñóùåñòâóþùèõ óæå äðóæåñêèõ îòíîøåíèé, íî ïîïûòêà óäåðæàòü, îêîëüöåâàòü, çàêëþ÷èòü ñîþç.
Ïàâëèêó Àíòîêîëüñêîìó Öâåòàåâà ïîäàðèëà íåìåöêèé ÷óãóííûé ïåðñòåíü, «ñ êàêîãî-íèáóäü ïëåííîãî èëè óáèòîãî ÷óãóííûå ðîçû íà âíóòðåííåì çîëîòîì îáîäå: ñ çîëîòîì ñêðûòûì, çàðûòûì. Ïðè íåì ñòèõè:
Äàðþ òåáå æåëåçíîå êîëüöî:
Áåññîííèöó âîñòîðã è áåçíàäåæíîñòü.
×òîá íå ãëÿäåë òû äåâóøêàì â ëèöî,
×òîá ïîçàáûë òû äàæå ñëîâî íåæíîñòü.
×òîá ãîëîâó ñâîþ â øàëüíûõ êóäðÿõ
Êàê ïåííûé êóáîê âîçíîñèë â ïðîñòðàíñòâî,
×òîá îáðàòèëî â óãëü è â ïåïë è â ïðàõ
Òåáÿ ñèå æåëåçíîå óáðàíñòâî.
Êîãäà æ ê òâîèì ïðîðî÷åñêèì êóäðÿì
Ñàìà Ëþáîâü ïðèíèêíåò êðàñíûì óãëåì,
Òîãäà ìîë÷è è ïðèæèìàé ê ãóáàì
Æåëåçíîå êîëüöî íà ïàëüöå ñìóãëîì.
Âîò òàëèñìàí òåáå îò êðàñíûõ ãóá,
Âîò ïåðâîå çâåíî â òâîåé êîëü÷óãå
×òîá â áóðå äíåé ñòîÿë îäèí êàê äóá,
Îäèí êàê Áîã â ñâîåì æåëåçíîì êðóãå».
Ýòîò ïîäàðîê áûë è òàëèñìàí, íàïóòñòâèå, è îáåùàíèå. ×óãóííûå ðîçû è ñêðûòîå çîëîòî áûëè äëÿ Ìàðèíû íå ïðîñòî íåîáû÷íûì ñî÷åòàíèåì ìåòàëëîâ, íî ìåòàôîðîé ïîýòà. Òàéíîå çîëîòî ïîýòè÷åñêîé äóøè, ñîïðèêàñàÿñü ñ ãðóáîé äåéñòâèòåëüíîñòüþ ïðåîáðàçóåò å¸, äà¸ò åé íîâóþ ôîðìó, — âîò ïîñëàíèå, çàøèôðîâàííîå â ýòîì ïîäàðêå. Æåëåçíûé ïåðñòåíü çíàê ðîäñòâà. Âðó÷àÿ åãî Àíòîêîëüñêîìó Öâåòàåâà ïðèçíà¸ò â í¸ì ñîáðàòà ïî ïîýçèè. Íî äàëüíåéøèé ðàññêàç î ñóäüáå ïåðñòíÿ ïå÷àëåí:
«Îäíàæäû ïðèõîäèò êîëüöà íåò. «Ïîòåðÿëè?» «Íåò, îòäàë åãî ðàñïèëèòü, òî åñòü ñäåëàòü äâà.(Ïàâëèê, ýòî áóäåò ìåíüøå!) Äâà îáðó÷àëüíûõ. Ïîòîìó ÷òî ÿ æåíþñü — íà Íàòàøå.» «Íó, ÷àñ âàì äîáðûé! À ñòèõè — òîæå ðàñïèëèëè íàäâîå?»
Ïîòîì ìû óæå âèäàëèñü ðåäêî îïÿòü íåò êîëüöà. «Ãäå æå êîëüöî, Ïàâëèê, òî åñòü ïîëóêîëüöî?» «Ì.È., áåäà! Êîãäà åãî ðàñïèëèëè îáà îêàçàëèñü î÷åíü òîíêèìè, Íàòàøèíî çîëîòîå ñðàçó ñëîìàëîñü, à ÿ õîäèë â ïîäâàë çà óãëåì è òàì åãî çàêàòèë, à òàê êàê îíî òàêîå æå ÷åðíîå…» «Òî äàâíî óæå ñîææåíî â ïå÷êå, íà ñåìåéíûé ñóï. Ðîñêîøü âñå-òàêè âàðèòü ïøåíî íà ÷óãóííûõ âîåííîïëåííûõ ðîçàõ, ìíîé ïîäàðåííûõ! »
Óíè÷òîæèâ ïåðñòåíü, Àíòîêîëüñêèé ðàçðóøàåò è óçû äóøåâíîãî ðîäñòâà, ñîåäèíÿâøèå åãî ñ Öâåòàåâîé.
Þðèþ Çàâàäñêîìó Ìàðèíà äàðèò ñåðåáðåííûé êèòàéñêèé ïåðñòåíü. Ýòîò äàð âûáîð (èçáðàííèêà), è óòâåðæäåíèå ñâîèõ ïðàâ íà Þðó «ÿ ïåðâàÿ ïîäàðèëà åìó êîëüöî! ».  ýòîì ïîäàðêå ïðîòèâîðå÷èâî ñîåäèíèëèñü è íåðàñ÷¸òëèâîñòü ëþáâè, è æåëàíèå çàïîëó÷èòü âëàñòü íàä îäàðèâàåìûì: «ñ÷àñòëèâ òû ìíå íåòó äåëà, òàê ëþáîâü ìîÿ âåëåëà, » ïèøåò Öâåòàåâà â ïîñâÿùåííîì Çàâàäñêîìó ñòèõîòâîðåíèè. Î ñóäüáå êèòàéñêîãî ïåðñòåíüêà ÷èòàòåëü óçíà¸ò òîëüêî, ÷òî åãî Þðà «íà÷èùàåò ìåëîì. È íå çíàåò, ÷òî òàì íàïèñàíî, ïîòîìó ÷òî îí êèòàéñêèé». Ýòî íå ïîíèìàíèå Þðîé ñóòè è ñìûñëà ïîëó÷åííîãî ïîäàðêà, îòäàëÿåò åãî îò Ìàðèíû. Áëåñòÿùèé ïåðñòåí¸ê, ñ êîòîðîãî íîâûé âëàäåëåö ñîñêð¸á ò¸ìíûå íàñëîåíèÿ âðåìåíè ñòàíîâèòüñÿ ñèìâîëîì âíåøíåé êðàñîòû, ëèø¸ííîé âíóòðåííåãî ñîäåðæàíèÿ. È â ïðîñêîëüçíóâøåé â áåñåäå ñëó÷àéíîé ôðàçå çâó÷èò âñÿ ñèëà ðàçî÷àðîâàíèÿ: «Ìåëîì êàê-òî ìåëêî? »
Ñ Âîëîäåé Àëåêñååâûì óæå ñòàâøàÿ ïðèâû÷íîé ñõåìà íàðóøàåòñÿ. Íà ñåé ðàç íå Ìàðèíà äàðèò, à ñàì Âîëîäÿ ïðåïîäíîñèò åé êîëüöî, ñòàðèííûé ïåðñòåíü ñî ñâîèìè èíèöèàëàìè «Â.À.», è òîëüêî òîãäà Ìàðèíà äàðèò ïåðñòåíü â îòâåò.
« — Ìàðèíà Èâàíîâíà, âàì âñåãäà íðàâèëñÿ ìîé ïåðñòåíü. Âîçüìèòå åãî! ß ñ ïåðâîé ìèíóòû õîòåë âàì åãî ïîäàðèòü, è ñ òåõ ïîð ÷óòü ëè íå êàæäóþ íàøó âñòðå÷ó, íî âñå ÷åãî-òî æäàë. Òåïåðü îíî íàñòàëî. Ýòî íå ïîäàðîê, Ìàðèíà Èâàíîâíà, ýòî äàíü.
— Âîëîäÿ! Ýòî, êàæåòñÿ, ïåðâîå êîëüöî, êîòîðîå ìíå äàðÿò, âñåãäà ÿ, è (ñíÿëà è äåðæó) åñëè ÿ äî ñèõ ïîð âàì íå ïîäàðèëà ýòîãî, òî òîëüêî ïîòîìó, ÷òî óæå äàðèëà è Þ. 3., è Ïàâëèêó, à ñêîëüêèì äî íèõ! ß íå õîòåëà, ÿ íå ìîãëà, ÷òîáû âû ýòèì êàê-òî ñòàëè â ðÿä.
— À êàê ÿ èì çàâèäîâàë! Òåïåðü ìîãó ñêàçàòü. È Ïàâëèêó, è 3<àâàä>ñêîìó ÷òî ñ âàøåé ðóêè è òàêèå ïðî÷íûå! Ïðÿìî (ñìåÿñü) — ñãîðàë îò çàâèñòè! Íåò, Ìàðèíà Èâàíîâíà, âû ìíå åãî íåïðåìåííî äàäèòå, è ÿ ýòèì íå ñòàíó â ðÿä, â Ñòóäèè ñòàë áû â ðÿä, íî òàì, êóäà ÿ åäó… À åñëè áû äàæå â òîì ðÿäó ñòîÿòü íå îáèäíî.
Ëþáóÿñü: — È ùèòîê ïóñòîé. Äëÿ èìåíè. ß òàê ïðèâûê åãî âèäåòü íà âàøåé ðóêå, ÷òî òåïåðü ìîÿ ñîáñòâåííàÿ ìíå áóäåò êàçàòüñÿ âàøåé. (Äåðæà íà îòëåòå.) À ó 3<àâàä>ñêîãî ìåíüøå. Ó 3<àâàä>ñêîãî ñ êèòàÿíêè, à ó ìåíÿ ñ êèòàéöà, ñ êèòàéñêîãî ìóäðåöà.
— Ñàìîãî ïðîñòîãî êóëè, Âîëîäå÷êà.
— À åñëè îí åùå âäîáàâîê è êóëè… âåñü ñîöèàëüíûé âîïðîñ ðàçðåøåí! »
Çàâÿçàâøèéñÿ ìåæäó Ìàðèíîé è Âîëîäåé ïîäàðî÷íûé äèàëîã íå ñëó÷àéíî íàïîìèíàåò êóëüìèíàöèîííóþ ÷àñòü îáðÿäà âåí÷àíèÿ. Îáìåíèâàÿñü êîëüöàìè, Ìàðèíà è Âîëîäÿ íå òîëüêî äàþò äðóã äðóãó ïàìÿòêè íà ïðåäñòîÿùóþ ðàçëóêó, íî è ïðèçíàþòñÿ äðóã äðóãó â ëþáâè.
Âèêòîðèÿ ×åð¸ìóõèíà
Äðóãèå ñòàòüè â ëèòåðàòóðíîì äíåâíèêå:
- 31.12.2012. ×åòûðå êîëüöà èç Ïîâåñòè î Ñîíå÷êå Ì. Öâåòàåâà
- 29.12.2012. Öèòàòà äíÿ. Èç Âëàäèìèðà Ïîçíåðà
- 19.12.2012. Ïîýò äíÿ. Âëàäèìèð ×èëèêèí 1947 — 1999
- 17.12.2012. ×èòàÿ Êàòàåâà. Íèêîëàé Ãóìèë¸â
- 10.12.2012. ×èòàÿ Êàòàåâà. Ñåì¸í Êåññåëüìàí
Источник
«Дарю тебе железное кольцо:
Бессонницу — восторг — и безнадежность.
Чтоб не глядел ты девушкам в лицо,
Чтоб позабыл ты даже слово — нежность.
Чтоб голову свою в шальных кудрях
Как пенный кубок возносил в пространство,
Чтоб обратило в угль — и в пепл — и в прах
Тебя — сие железное убранство.
Когда ж к твоим пророческим кудрям
Сама Любовь приникнет красным углем,
Тогда молчи и прижимай к губам
Железное кольцо на пальце смуглом.
Вот талисман тебе от красных губ,
Вот первое звено в твоей кольчуге, —
Чтоб в буре дней стоял один — как дуб,
Один — как Бог в своем железном круге!
»
«П. АНТОКОЛЬСКОМУ» Марина ЦВЕТАЕВА
***
Павел АНТОКОЛЬСКИЙ:
«Поздняя осень 1918 года, не то октябрь, не то ноябрь. Мне сказали, что на кухне меня спрашивают. Я вышел и вижу в полумраке силуэт женщины с маленькой девочкой. Она сказала, что должна передать мне привет от одного общего знакомого, предложила спуститься вниз и проводить её.
Мы вышли. Шёл мелкий, мокрый снег. Я услышал, что она только что вернулась с Дона, провожала мужа, который бежал к белым… Моя спутница не назвала себя. Мы шли по Пречистенскому бульвару.
Она сказала, что Сергей в вагоне читал мои стихи и они ей понравились. Было темно. Я не видел её лица. Она говорила чуть отрывисто, высоким голосом.
В подборе слов, в манере произносить их чувствовалась особая выучка. Она выбирала слова точнее, чем это требуется в житейском разговоре. Каждая фраза была по-своему отточена, не скажу кругла или изящна, нет, просто отточена.
И вдруг меня осенила догадка! Как же! — Скажите, вы не Марина Цветаева? – обратился я к собеседнице. — Да, это я. Мы условились встретиться ещё. Она позвала меня к себе. Марина ввела меня в свою комнату. Это была крохотная мансарда с низким потолком. Здесь и днём было темно, так как единственное окно всегда было плотно занавешено.
Марина была ночной птицей и день превратила в ночь. Мебель была старая, дедовских времён, дворянская. Какой-то секретер, какие-то ампирные канделябры, чучело орла на стене, маленькие французские книжки начала прошлого века, широкая тахта, покрытая ковром, — да мало ли в Москве странных человеческих берлог, ещё и поныне дышащих прошлым, мрачно говорящих о чьём-то чудаческом одиночестве!
Я перевидал их многое множество на своём веку, но комнаты Марины не забуду никогда. Она была воплощением неблагополучия, неустройства, полного презрения к хозяйству, к быту. Всё вверх дном, в беспорядке, в забросе, как будто это старая корабельная каюта, пережившая двенадцатибалльный шторм. Хозяйка сварила кофе на маленькой спиртовке, поставила корзинку с чёрными сухарями. Впоследствии оказалось, что это вообще её единственная пища.
Я пробыл у неё всю ночь, и много раз приходил потом. Очень пылкая дружба соединила нас. Имя этой дружбы: поэтическое братство. Любви между нами не было.
Стихи Марины в то время представляли собой поэтический дневник, который она вела непрерывно, изо дня в день. Всё, что она думала и чувствовала, противоречивое, смутное, бесформенное, глубоко личное или общезначимое, — всё это немедленно, по горячим следам превращалось в короткие стихи.
Она жила только для того, чтобы писать стихи. Это была стенограмма минутных прихотей, но за прихотями всегда стояла душа, живая, изменчивая, ещё очень молодая — может быть, молодая навсегда.
Марина была рослая, некрасивая женщина с открытым, скуластым русским лицом, стриженая по-курсистски, с ровной чёлкой на лбу. Она шагала по улице широкими мужскими шагами. Через плечо у неё висел охотничий патронташ, набитый папиросами. Все её дружбы — это короткие, но очень пылкие и восторженные привязанности.
Они возникали внезапно и исчезали без следа. Впрочем, след всегда оставался в стихах. Марина зачёркивала не стихи, а предмет своего увлечения.
Вообще, многое она впервые открыла мне в поэзии. Через неё, сквозь неё я начал понимать Лермонтова, Гёйне. Я по-новому, как-то легче и свободнее отнёсся к своим собственным пьесам и стихам. Дружа с нею, я понял, что воистину не боги горшки обжигают, что искусство можно делать голыми руками.
Я увидел кухню очень одарённого и оригинального поэта и понял, что эта кухня, пожалуй, не лучше моей. Крылатое и лёгкое шло от Марины. Пушкинской «внутренней свободой» полно было её существо. Она всегда была в устремлении, в душевном порыве, — бессонная, смелая, по-настоящему она любила даже не себя, а свою речь, своё слово.
Но и чужое слово она любила вполне бескорыстно и готова была трубить в честь чужой славы день и ночь. Множество людей прошло и ежечасно проходило перед её глазами. На основе мимолётного, случайного впечатления она строила фантастический образ того или другого из встреченных ею людей, и фантастики своей придерживалась. Выходило, что X — это чёрт, Y — будущий Гоголь, Z —Казанова.
Романтические реминисценции раздавались, как дарственные грамоты. Она возводила случайных проходимцев в бог знает какой сан, делала это наивно, в силу свойственной ей ребяческой игры в мир, в любовь, в таинственно важные отношения между всеми нами. Внезапно Марина исчезла. Я узнал, что её нет в России. Она стала эмигранткой. Прошли многие годы….
Перед самой войной Марина вернулась в Москву с сыном, шестнадцатилетним высоким юношей, очень на неё похожим. Она пришла ко мне — седая, полная дама. Немногословная, настороженная, может быть чуть-чуть враждебная. Разговор был деловой, профессиональный, скучный. Марина не хотела даже остаться, чтобы выпить чаю.
Потом я видел её и слышал чтение новой её поэмы у одного друга. А через год узнал о страшной её гибели в глухой деревушке на Каме. Шла война. Многие известия о гибели друзей и близких скрещивались друг с другом, как прожектора в ночном небе. Они безжалостно вытягивали свои длинные ручищи, а небо было чёрное, беззвёздное, полное новых угроз.
И гибель Марины затерялась в этом грозовом мраке так же, как года через два затерялась в нём гибель на фронте её любимого, единственного, никем не оплаканного сына. Совсем недавно в Коктебеле вдова Волошина рассказывала мне о безоблачном отрочестве Марины у блаженной черноморской бухты, под окнами Волошинского дома.
Он был ещё тоже не стар, этот чудак и отшельник парижской выучки, волосатый и бородатый мэтр, воротила московских вкусов. Легконогие девочки Цветаевы, Марина и Ася, обожали его. Он целовал их и гладил их русые кудри. А для них впереди был простор, путешествия, любовь, победная юность, крылатая походка. И снова простор. Ничего кроме простора.
И я понял, что жизнь Марины — несмотря на её ужасный конец — никогда не была и не могла быть несчастной. Она прожила свою жизнь вольно, как сама хотела, в безостановочном движении, радуясь тому, что всегда вокруг люди, которых она так умела идеализировать, создавая их портреты по своему образу и подобию.
Многое тяжёлое обрушилось на неё в последние годы её жизни, утрата мужа и дочери, полное одиночество в эмиграции, нерадостный возврат в Москву. Но всё это ничего не значило, всё переломил бы, переработал её вольный характер, её творческий дар.
И если в тот чёрный час она покончила с собой, значит действительно рядом с нею не нашлось ни одного человеческого лица, не было русской речи…»
<1953> (П.Г.Антокольский «О М.И.Цветаевой».
Автобиографическая повесть П.Антокольского «Мои записки». 1953. Фрагмент).
***
1 июля — 120 лет со дня рождения русского советского поэта,
переводчика драматурга Павла Григорьевича Антокольского (1 июля 1896 — 9 октября 1978).
***
На фото — Марина Цветаева (в 1924 году) и Павел Антокольский в молодости.
Марина
Стихи знаменитых поэтов о любви›
Антокольский Павел
Седая даль, морская гладь и ветер Поющий, о несбыточном моля.
В такое утро я внезапно встретил Тебя, подруга ранняя моя.
Тебя, Марина, вестница моряны! Ты шла по тучам и по гребням скал.
И только дым, зеленый и багряный. Твои седые волосы ласкал.
И только вырез полосы прибрежной В хрустящей гальке лоснился чуть-чуть.
Так повторялся он, твой зарубежный, Твой эмигрантский обреченный путь.
Иль, может быть, в арбатских переулках… Но подожди, дай разглядеть мне след
Твоих шагов, стремительных и гулких, Сама помолодей на сорок лет.
Иль, может быть, в Париже или в Праге… Но подожди, остановись, не плачь!
Зачем он сброшен и лежит во прахе, Твой страннический, твой потертый плащ?
Зачем в глазах остекленела дико Посмертная одна голубизна?
Не оборачивайся, Эвридика, Назад, в провал беспамятного сна.
Не оборачивайся! Слышишь? Снова Шумят крылами чайки над тобой.
В бездонной зыби зеркала дневного Сверкают скалы, пенится прибой…
Вот он, твой Крым! Вот молодость, вот детство, Распахнутое настежь поутру.
Вот будущее. Стоит лишь вглядеться, Отыщешь дочь, и мужа, и сестру.
Тот бедный мальчик, что пошел на гибель. В соленых брызгах с головы до ног,–
О, если даже без вести он выбыл, С тобою рядом он не одинок.
И звезды упадут тебе на плечи… Зачем же гаснут смутные черты
И так далёко – далеко – далече Едва заметно усмехнулась ты?
Зачем твой взгляд рассеянный ответил Беспамятством,
едва только возник? То утро, та морская даль,
тот ветер С тобой, Марина. Ты прошла сквозь них!
с Андреем Кончаловским
Источник
Àíàëèç ñòèõîòâîðåíèÿ Ìàðèíû Öâåòàåâîé «Äàðþ òåáå æåëåçíîå êîëüöî»
(îòðûâîê èç ýññå «Òåõíîëîãèÿ òâîð÷åñòâà», ÷àñòü ïåðâàÿ).
Ýïèãðàô. «Þðèþ Ç. ñåðåáðÿíûé êèòàéñêèé, Ïàâëèêó íåìåöêèé, ÷óãóííûé ñ çîëîòîì, ñ êàêîãî-íèáóäü ïëåííîãî èëè óáèòîãî ÷óãóííûå ðîçû íà âíóòðåííåì çîëîòîì îáîäå: ñ çîëîòîì ñêðûòûì, çàðûòûì. Ïðè íåì — ñòèõè».
Ìàðèíà Öâåòàåâà. «Ïîâåñòü î Ñîíå÷êå»
Äàðþ òåáå æåëåçíîå êîëüöî:
Áåññîííèöó âîñòîðã è áåçíàäåæíîñòü.
×òîá íå ãëÿäåë òû äåâóøêàì â ëèöî,
×òîá ïîçàáûë òû äàæå ñëîâî íåæíîñòü.
×òîá ãîëîâó ñâîþ â øàëüíûõ êóäðÿõ
Êàê ïåííûé êóáîê âîçíîñèë â ïðîñòðàíñòâî,
×òîá îáðàòèëî â óãëü è â ïåïë è â ïðàõ
Òåáÿ ñèå æåëåçíîå óáðàíñòâî.
Êîãäà æ ê òâîèì ïðîðî÷åñêèì êóäðÿì
Ñàìà Ëþáîâü ïðèíèêíåò êðàñíûì óãëåì,
Òîãäà ìîë÷è è ïðèæèìàé ê ãóáàì
Æåëåçíîå êîëüöî íà ïàëüöå ñìóãëîì.
Âîò òàëèñìàí òåáå îò êðàñíûõ ãóá,
Âîò ïåðâîå çâåíî â òâîåé êîëü÷óãå,
×òîá â áóðå äíåé ñòîÿë îäèí êàê äóá,
Îäèí êàê Áîã â ñâîåì æåëåçíîì êðóãå!
Mapò 1919
Ïðåäûñòîðèÿ ñòèõîòâîðåíèÿ òàêîâà: â 1919 ãîäó Ìàðèíà Öâåòàåâà ïîäàðèëà Ïàâëó Àíòîêîëüñêîìó ïîäàðîê: ÷óãóííîå êîëüöî ñ âíóòðåííèì çîëîòûì îáîäîì. Ïðè íåì ñòèõè: «Äàðþ òåáå æåëåçíîå êîëüöî».
Ñïóñòÿ íåêîòîðîå âðåìÿ Àíòîêîëüñêèé æåíèëñÿ è ðàñïèëèë êîëüöî íà äâà îáðó÷àëüíûõ: çîëîòîå è ÷óãóííîå. Ðàñïèëåííûå êîëüöà ïîëó÷èëèñü òîíêèìè. Çîëîòîå êîëå÷êî æåíû âñêîðå ñëîìàëîñü, à ñâîå ÷óãóííîå êîëüöî ïîýò ïîòåðÿë, êîãäà íàáèðàë óãîëü â óãîëüíîì ñàðàå.
«Äàðþ òåáå æåëåçíîå êîëüöî:
Áåññîííèöó âîñòîðã è áåçíàäåæíîñòü.
×òîá íå ãëÿäåë òû äåâóøêàì â ëèöî,
×òîá ïîçàáûë òû äàæå ñëîâî íåæíîñòü».
Ñòèõîòâîðåíèå î êîëüöå íà÷èíàåòñÿ ñ æåëåçíîãî êîëüöà è çàêàí÷èâàåòñÿ æåëåçíûì êîëüöîì (êðóãîì). Êîëüöî åñòü â êàæäîì èç ÷åòûðåõ ÷åòâåðîñòèøèé: êàê ïîäàðîê, êàê ìàãè÷åñêîå óêðàøåíèå, êàê òàëèñìàí è êàê áðîíÿ, äîñïåõ.
«Äàðþ òåáå æåëåçíîå êîëüöî:
Áåññîííèöó âîñòîðã è áåçíàäåæíîñòü».
Áåññîííèöà âîñòîðã — è áåçíàäåæíîñòü ýòî ïîõîæå íà ÷òî?
Ýòî ïîõîæå íà ïðîöåññ ñîçäàíèÿ ñòèõîòâîðåíèÿ: ñíà÷àëà áåññîííèöà, êàê ïðåä÷óâñòâèå. Ïîòîì âîñòîðã âäîõíîâåíèå, âçëåò, ïðîðûâ è ñîçäàíèå ñòèõîòâîðåíèÿ. Ïîòîì áåçíàäåæíîñòü îïóñòîøåíèå ïîñëå íàïèñàíèÿ ñòèõîòâîðåíèÿ. È ïîòîì ñíîâà áåññîííèöà êàê ïðåä÷óâñòâèå
Öèêë òâîð÷åñòâà, êðóã òâîð÷åñòâà, êîëüöî.
Âîîáùå öèêë «Áåññîííèöà âîñòîðã è áåçíàäåæíîñòü» íàïîìèíàåò íå òîëüêî òâîð÷åñêèé ïðîöåññ ñîçäàíèÿ ïðîèçâåäåíèé èñêóññòâà. Ýòî ïîõîæå è íà ëþáîâü, íà ñòðàñòü: «Áåññîííèöà ïðåä÷óâñòâèå ëþáâè, âîñòîðã ðàçâèòèå ëþáîâíûõ îòíîøåíèé, êóëüìèíàöèÿ ëþáâè, è áåçíàäåæíîñòü ðàçî÷àðîâàíèå â ëþáèìîì ÷åëîâåêå». Íî â ëþáâè âîçìîæåí è åùå îäèí ýòàï: ïîñëå ðàçî÷àðîâàíèÿ íàñòóïàåò ðåàëüíîå âèäåíèå, òî åñòü ïðèíÿòèå ëþáèìîãî ÷åëîâåêà òàêèì, êàêîé îí åñòü.
 äàííîì ñëó÷àå ðå÷ü èäåò èìåííî è òîëüêî î òâîð÷åñêîì ïðîöåññå. Öâåòàåâà î÷åíü òî÷íî ïîäáèðàåò ñëîâà: «Áåññîííèöà âîñòîðã è áåçíàäåæíîñòü».
Êàêîå ñëîâî çàêðåïëÿåò ýòîò êðóã, ýòîò öèêë èç òðåõ ñëîâ-ýòàïîâ èìåííî çà òâîð÷åñêèì ïðîöåññîì? Ýòî ñëîâî áåçíàäåæíîñòü.
Ïî÷åìó «áåçíàäåæíîñòü»?
Ýòî ñòàíîâèòñÿ ïîíÿòíûì èç âòîðîé ñòðîôû ñòèõîòâîðåíèÿ.
«×òîá íå ãëÿäåë òû äåâóøêàì â ëèöî,
×òîá ïîçàáûë òû äàæå ñëîâî íåæíîñòü».
Ïî÷åìó ïîýòó Àíòîêîëüñêîìó íåëüçÿ ñìîòðåòü äåâóøêàì â ëèöî? Äåâóøêà ýòî íå ãîðãîíà Ìåäóçà, âçãëÿä êîòîðîé îáðàùàåò â êàìåíü.
Êîãäà ñìîòðèøü ÷åëîâåêó â ëèöî, òî âîëüíî èëè íåâîëüíî ÷èòàåøü ýìîöèè â åãî ãëàçàõ. È çàãðóæàåøüñÿ ýòèìè ýìîöèÿìè.
Íåëüçÿ ñìîòðåòü â ëèöî ÷åëîâåêó, êîòîðûé äëÿ òåáÿ ìíîãî çíà÷èò, — ãîâîðèò Öâåòàåâà Àíòîêîëüñêîìó. Íåîáõîäèìî çàáûòü âñå ñëîâà, êîòîðûå âñïëûâàþò â ïàìÿòè ïðè âèäå ýòîãî çíà÷èìîãî ÷åëîâåêà. Ýìîöèè öåïëÿþò ÷åëîâåêà è äåðæàò åãî â ðåàëüíîì ìèðå, ïðèøïèëèâàþò ê ýòîìó ìèðó, êàê áàáî÷êó ê ãåðáàðèþ. À åìó íàäî âçëåòåòü â ýìïèðåè. Ðå÷ü èäåò íå îáî âñåé æèçíè ïîýòà, à î ìîìåíòå íàïèñàíèÿ ñòèõîòâîðåíèÿ. Íóæíî óìåòü îñâîáîäèòüñÿ îò ýìîöèé, íóæíî íàó÷èòüñÿ ñòàíîâèòüñÿ íèêåì, íè÷åì è çâàòü íèêàê. ×òîáû ðàñòâîðèòüñÿ â ñòèõèè, íóæíî ñòàòü âåùåñòâîì, ñïîñîáíûì ê ðàñòâîðåíèþ. ×åì ïîëíåå ïîãðóæåíèå â ñòèõèþ, òåì òî÷íåå áóäåò óñëûøàí ðåçóëüòàò ïîãðóæåíèÿ-ðàñòâîðåíèÿ: ñòèõè.
Âîò òàê â äâóõ ñòðî÷êàõ Öâåòàåâà äàåò ðåöåïò, ñåêðåò ïðîíèêíîâåíèÿ â ìåòàôèçèêó.
«×òîá ãîëîâó ñâîþ â øàëüíûõ êóäðÿõ
Êàê ïåííûé êóáîê âîçíîñèë â ïðîñòðàíñòâî»
Ñ ïåííûì êóáêîì, âîçíåñåííûì â ïðîñòðàíñòâî, ñ øàëüíûìè êóäðÿìè â ñòèõîòâîðåíèå âðûâàåòñÿ Ïóøêèí. Ïóøêèí ñ Âàëüñèíãàìîì è äåâîé-ðîçîé èç «Ïèðà âî âðåìÿ ×óìû»: «Áîêàëû ïåíèì äðóæíî ìû // È äåâû-ðîçû ïüåì äûõàíüå, // Áûòü ìîæåò
ïîëíîå ×óìû».
Âîçìîæíî, ÷óãóííûå ðîçû è çîëîòî âíóòðåííåé ãðàíè ïåðñòíÿ, ïîäàðåííîãî Àíòîêîëüñêîìó, âûçâàëè àññîöèàöèþ ñ äåâîé-ðîçîé, ñ øîòëàíäêîé Ìýðè ñ «æåëòûìè âîëîñàìè» èç «Ïèðà âî âðåìÿ ÷óìû». Âîçìîæíî, è ìîëîäîé Àíòîêîëüñêèé áûë ïîõîæ íà Ïóøêèíà, ÷òî âûçâàëî ýòó öåïî÷êó àññîöèàöèé â ñòèõîòâîðåíèè.
Ñòèõîòâîðåíèå, îïèñûâàþùåå òâîð÷åñêèé ïðîöåññ, íåâîçìîæíî äëÿ Öâåòàåâîé áåç Ïóøêèíà è áåç åãî ãèìíà ×óìå. Ãèìí ×óìå î÷àðîâàë Öâåòàåâó åùå â þíîñòè, è ïðè÷èíó ýòîãî î÷àðîâàíèÿ Öâåòàåâà îáúÿñíèëà ñàìîé ñåáå è íàì â âîçðàñòå 40 ëåò, â ýññå «Èñêóññòâî ïðè ñâåòå ñîâåñòè». Ãèìí ×óìå ýòî âûñøàÿ ñòåïåíü ðàñòâîðåíèÿ â ñòèõèÿõ, ýòî èäåàëüíûé âàðèàíò òâîð÷åñêîãî ïðîöåññà.
Ñòèõè ïîõîæè íà ñãóñòêè ýíåðãèè, íà âèðòóàëüíûå øàðîâûå ìîëíèè, íà ñâåðõïëîòíûå ýëåìåíòû «÷åðíûõ äûð»: îíè æèâóò âíóòðè íàñ è âîçäåéñòâóþò ñâîåé ýíåðãèåé íà íàøå ñîçíàíèå.  ðåçóëüòàòå ýòîãî âîçäåéñòâèÿ ïðîèñõîäèò îñîçíàâàíèå ìåòàôîð ñòèõîòâîðåíèÿ, è öåëûé ìèð, ñæàòûé äî ðàçìåðîâ íåñêîëüêèõ ÷åòâåðîñòèøèé, ðàñêðûâàåòñÿ â ïîíèìàíèå ïðîöåññîâ, â ïîíèìàíèå ñòèõèé, ðàçâîðà÷èâàåòñÿ â òåêñò. Òàê ãåíèàëüíûå ñòèõè Öâåòàåâîé, Ìàíäåëüøòàìà, Îäåíà ðàçâåðíóëèñü â ñîçíàíèè Áðîäñêîãî â åãî êîíãåíèàëüíûå ýññå, è îòêðûëè íàì ïîäâîäíûé ìèð âåëèêîé ïîýçèè.
Ïðåäïîëàãàþ, ÷òî ýññå Öâåòàåâîé «Èñêóññòâî ïðè ñâåòå ñîâåñòè» âîçíèêëî èç «Æåëåçíîãî êîëüöà», èç ýòèõ 16-òè ñòðîê, ïîäàðåííûõ Àíòîêîëüñêîìó. Ñòèõîòâîðåíèå ðîäèëîñü â 1919 ãîäó, òðèíàäöàòü ëåò ñâîåé ýíåðãèåé âîçäåéñòâîâàëî íà ñîçíàíèå Öâåòàåâîé è, â èòîãå, ðàçâåðíóëîñü â ýññå, ðàñêðûâàþùåå ôîðìóëó ãåíèÿ, îïèñûâàþùåå ïðîöåññ òâîð÷åñòâà.
«×òîá îáðàòèëî â óãëü è â ïåïë è â ïðàõ
Òåáÿ ñèå æåëåçíîå óáðàíñòâî».
×òî îáðàùàåò â óãîëü, ïåïåë, ïðàõ?
Îãîíü. Ñòèõèÿ îãíÿ.
«×òîá îáðàòèëî â óãëü
//Òåáÿ ñèå æåëåçíîå óáðàíñòâî».
 ýòèõ ñòðîêàõ â óãëü îáðàùàåò æåëåçíîå óáðàíñòâî êîëüöî, êðóã òâîð÷åñòâà.
Íàäåë êîëüöî è ñãîðåë, èñ÷åç, ðàñòâîðèëñÿ?
×òîáû ðàñòâîðèòüñÿ â ñòèõèè ñëîâà, ñòèõèè ïîýçèè, íóæíî ñòàòü íèêåì, íè÷åì è çâàòü íèêàê, òî åñòü, ïåðåæèòü ïî÷òè ïñèõîëîãè÷åñêóþ ñìåðòü ëè÷íîñòè. Óíè÷òîæèòü, ñæå÷ü ñàìîãî ñåáÿ.
«Äàòü ñåáÿ óíè÷òîæèòü âïëîòü äî êàêîãî-òî ïîñëåäíåãî àòîìà, èç óöåëåíèÿ (ñîïðîòèâëåíèÿ) êîòîðîãî è âûðàñòàåò — ìèð» — ãîâîðèò Öâåòàåâà â ýññå «Èñêóññòâî ïðè ñâåòå ñîâåñòè».
Âîò îòêóäà âîçíèêëà áåçíàäåæíîñòü, êàê ÷àñòü òâîð÷åñêîãî ïðîöåññà. ×åëîâåê, êîòîðûé óíè÷òîæèë ñåáÿ äî êàêîãî-òî ïîñëåäíåãî àòîìà, ñæåã ñåáÿ, ïðåâðàòèëñÿ «â ïåïë è â ïðàõ», ðàñòâîðèëñÿ â ñòèõèÿõ, ïåðåæèâàåò ïñèõîëîãè÷åñêóþ ñìåðòü, ïîòåðþ ñîáñòâåííîãî «ß». Ïóñòü âðåìåííóþ, íî ïîòåðþ.
Ïîýòîìó ïîñëå òâîð÷åñêîãî âçëåòà: «áåññîííèöà — âîñòîðã» òåîðåòè÷åñêè äîëæíî âîçíèêàòü îùóùåíèå áåçíàäåæíîñòè, äåïðåññèè. Ïîñòåïåííî ñèòóàöèÿ âûðàâíèâàåòñÿ, ïñèõèêà âîññòàíàâëèâàåòñÿ, íî ìîìåíò áåçíàäåæíîñòè íåèçáåæåí. Ýòî ñëåäñòâèå ðàñòâîðåíèÿ â ñòèõèÿõ, ïîáî÷íîå äåéñòâèå, êàê ïèøóò íà èíñòðóêöèÿõ ê ëåêàðñòâó.
«Êîãäà æ ê òâîèì ïðîðî÷åñêèì êóäðÿì
Ñàìà Ëþáîâü ïðèíèêíåò êðàñíûì óãëåì,
Òîãäà ìîë÷è è ïðèæèìàé ê ãóáàì
Æåëåçíîå êîëüöî íà ïàëüöå ñìóãëîì».
×òî æå ïîëó÷àåòñÿ, ÷òî ïîýòó íåëüçÿ ëþáèòü? Êàê çàâèäèò êðàñèâóþ äåâóøêó, ñðàçó ìûñëåííî: «÷óð, ÷óð ìåíÿ» è æåëåçíîå êîëüöî ïðèæèìàåò ê ãóáàì, êàê îáåðåã?
Íåò, çäåñü ïðî ÷òî-òî äðóãîå.
Ïðîðî÷åñêèå êóäðè ýòî ñíîâà Ïóøêèí êàê ñèìâîë Ïîýòà. Ïóøêèí è åãî ñòèõîòâîðåíèå «Ïðîðîê» î ïðåäíàçíà÷åíèè ïîýòà: «È, îáõîäÿ ìîðÿ è çåìëè, / Ãëàãîëîì æãè ñåðäöà ëþäåé».
«Ñàìà Ëþáîâü ïðèíèêíåò êðàñíûì óãëåì»
Ëþáîâü, ïðèíèêøàÿ ê êóäðÿì. Îáû÷íî â ãîëîâó, â êóäðè ìàòåðè öåëóþò äåòåé. Ìîæåò áûòü, ðå÷ü èäåò î ìàòåðèíñêîé ëþáâè? Ìîæåò áûòü, Öâåòàåâà ãîâîðèò î ñâîåé ìàòåðè, êîòîðàÿ ìå÷òàëà, ÷òîáû äî÷ü ñòàëà ìóçûêàíòîì, à íå ïîýòîì?
Íàâåðíî, è î ëþáâè ìàòåðèíñêîé, è î ëþáâè ìåæäó ìóæ÷èíîé è æåíùèíîé, òî åñòü, î ëþáâè, êîòîðàÿ ñæèãàåò, êîòîðàÿ òðåáóåò ïîëíîé îòäà÷è, êîòîðàÿ äèêòóåò ñâîè óñëîâèÿ.
«Òîãäà ìîë÷è è ïðèæèìàé ê ãóáàì
Æåëåçíîå êîëüöî íà ïàëüöå ñìóãëîì».
Ìîë÷è òî åñòü, íå îòâå÷àé íà ïîöåëóé?
Ïðèæèìàé ê ãóáàì ðóêó, ëàäîøêó ñ íàäåòûì íà ïàëåö çàâåòíûì êîëüöîì-îáåðåãîì? Ýòî ïîõîæå íà æåñò ðåáåíêà, çàæèìàþùåãî ñåáå ðîò ëàäîíüþ.
Ìîæåò áûòü, ðåáåíîê, çàæèìàþùèé ðîò ëàäîíüþ, ýòà ñàìà Öâåòàåâà â äåòñòâå, ñ åå ðàííèì âîñïðèÿòèåì ñåáÿ, êàê ïîýòà è òàéíûì ñîïðîòèâëåíèåì ìàòåðè, âèäåâøåé â íåé ìóçûêàíòøó?
Ñëîâî óãîëü çâó÷èò äâàæäû: âî âòîðîé è â òðåòüåé ñòðîôå.
Æåëåçíîå êîëüöî âî âòîðîé ñòðîôå ñæèãàåò ïîýòà, îáðàùàåò åãî «â óãëü è â ïåïë è â ïðàõ».
Äàðþ òåáå êîëüöî, ÷òîáû òû, êàê ïòèöà Ôåíèêñ, ñæèãàë ñàì ñåáÿ è ñíîâà âîçðîæäàëñÿ èç ïåïëà. Ñàìîñîææåíèå è âîçðîæäåíèå èç ïåïëà, ðàñòâîðåíèå â ñòèõèè îãíÿ è ñàìîâîññòàíîâëåíèå èç êàêîãî-òî ïîñëåäíåãî àòîìà ýòî òîæå öèêë, êðóã, êðóã òâîð÷åñòâà
Öâåòàåâà 13-þ ãîäàìè ïîçæå íàïèøåò:
«Ïîêà òû ïîýò, òåáå ãèáåëè â ñòèõèè íåò, èáî âñå âîçâðàùàåò òåáÿ â ñòèõèþ ñòèõèé: ñëîâî.
Ïîêà òû ïîýò, òåáå ãèáåëè â ñòèõèè íåò, èáî íå ãèáåëü, à âîçâðàùåíèå â ëîíî.
Ãèáåëü ïîýòà îòðåøåíèå îò ñòèõèé. Ïðîùå ñðàçó ïåðåðåçàòü ñåáå æèëû».
Ïîêà òû ïîýò òû íå ïîãèáíåøü â ñòèõèè ñëîâà.
Íî åñòü è äðóãèå ñòèõèè
 òðåòüåé ñòðîôå ïîÿâëÿåòñÿ Ëþáîâü, ïðèíèêàþùàÿ ê êóäðÿì ïîýòà êðàñíûì óãëåì. Ëþáîâü, êîòîðàÿ ìîæåò ñæå÷ü, ïîãëîòèòü áåç îñòàòêà. Ýïèòåò êðàñíûé àññîöèèðóåòñÿ ñ ðîçîé, äåâîé-ðîçîé èç ïóøêèíñêîãî «Ïèðà âî âðåìÿ ×óìû». Ðå÷ü èäåò î ÿâëåíèè, òàêîì æå ñèëüíîì, êàê ×óìà.
È âîò òóò íàäî ìîë÷àòü è ïðèæèìàòü ê ãóáàì æåëåçíîå êîëüöî.
 ýòèõ ÷åòûðåõ ñòðîêàõ òðåòüåé ñòðîôû Öâåòàåâà äàåò ðåöåïò ñîïðîòèâëåíèÿ ñòèõèÿì, ñèëàì, êîòîðûå ìîãóò ðàñòâîðèòü â ñåáå áåç îñòàòêà, ðàçäàâèòü. Ïîòîìó ÷òî, êðîìå ñïîñîáíîñòè ðàñòâîðÿòüñÿ â ñòèõèÿõ, ñòîëü âàæíîé äëÿ ïîýòà, äîëæíà áûòü åùå âîëÿ ê ïîáåäå, ê èñïîëíåíèþ ñâîåãî ïðåäíàçíà÷åíèÿ.
×òîáû íå ñëó÷èëîñü, êàêèå áû ñèëû íå ïðèçûâàëè òåáÿ ñâåðíóòü íà äðóãóþ äîðîãó, äàæå åñëè ýòî ñàìà Ëþáîâü, ïîìíè î òîì, êòî òû è íå èçìåíÿé èçáðàííîìó ïóòè.
È åùå ñèëà âîëè íóæíà äëÿ òîãî, ÷òîáû âîññòàíàâëèâàòüñÿ ïîñëå ðàñòâîðåíèÿ â ñòèõèÿõ, ñîáèðàòü ñåáÿ èç ãîðñòêè ïåïëà, «èç ïîñëåäíåãî àòîìà» è äâèãàòüñÿ äàëüøå.
«Âîò òàëèñìàí òåáå îò êðàñíûõ ãóá,
Âîò ïåðâîå çâåíî â òâîåé êîëü÷óãå,
×òîá â áóðå äíåé ñòîÿë îäèí êàê äóá,
Îäèí êàê Áîã â ñâîåì æåëåçíîì êðóãå!»
È åùå îäíî óñëîâèå òâîð÷åñòâà: îäèíî÷åñòâî.
«Òâîð÷åñòâî îáùåå äåëî, òâîðèìîå óåäèíåííûìè» — íàïèøåò Öâåòàåâà â 1932 ãîäó â ýññå «Âëàäèìèð Ìàÿêîâñêèé è Áîðèñ Ïàñòåðíàê».
 òâîð÷åñòâå íåò ðàáî÷åãî êîëëåêòèâà è êîðïîðàòèâíîãî äóõà. Íåò êàëåíäàðíîãî ãðàôèêà è ïëàíà ïðîäàæ. Íåò íà÷àëüíèêà, êîòîðûé îïðåäåëÿåò îáúåì è ñîñòàâ ðàáîò, è ïëàòèò çàðïëàòó.
Òî÷íåå, íà÷àëüíèê åñòü ñòèõèÿ ñëîâà.
Çàäà÷à óñëûøàòü ñëîâà è äîâåñòè óñëûøàííîå äî ïåðâîíà÷àëüíîãî ñîâåðøåíñòâà.
Îïëàòà? Áåññìåðòèå.
«Âîò òàëèñìàí òåáå îò êðàñíûõ ãóá»
Áóäóò õâàëèòü ìåäîâûìè óñòàìè, «êðàñíûìè ãóáàìè», áóäóò ðóãàòü: íèêîãî íå ñëóøàé, ñëóøàé òîëüêî ñåáÿ.
«Âîò ïåðâîå çâåíî â òâîåé êîëü÷óãå»
Íåîáõîäèìî âûðàáîòàòü çàùèòó: çàùèòó îò ïîõâàë, çàùèòó îò êðèòèêîâ, çàùèòó îò ñàìîãî ñåáÿ. Çàùèòà êîëü÷óãà èç æåëåçíûõ êîëåö òâîð÷åñòâà. ×åì ÷àùå ïðîõîäèøü ýòîò ïóòü: «Áåññîííèöó âîñòîðã è áåçíàäåæíîñòü», òåì êðåï÷å çàùèòà: êîëü÷óãà îáðàñòàåò æåëåçíûìè êîëüöàìè, âÿæåòñÿ, êàê òêàíü ñòèõîòâîðåíèÿ
«×òîá â áóðå äíåé ñòîÿë îäèí êàê äóá,
Îäèí êàê Áîã â ñâîåì æåëåçíîì êðóãå!»
Âåðèòü â ñåáÿ, êîãäà íèêòî íå âåðèò. Âåðèòü â ñâîé ïóòü, â ñâîå ïðåäíàçíà÷åíèå. È â ýòîé âåðå ïîýò îäèíîê.
È â ñâîåì òâîð÷åñòâå ïîýò îäèíîê. Îäèíîê â ñîñòîÿíèè áåçíàäåæíîñòè, êîãäà íàäî âîçðîäèòüñÿ ê æèçíè èç «ïîñëåäíåãî àòîìà». Êîãäà íàäî ñîáðàòü ñåáÿ ïî ÷àñòÿì, âîññòàòü èç ïåïëà, êàê ïòèöà Ôåíèêñ. Äîëæíà áûòü âîëÿ ê òâîð÷åñòâó, âîëÿ ê îäèíî÷åñòâó.
Âîëÿ ïî òðàêòîâêå Öâåòàåâîé — ýòî ïîñëåäíèé àòîì ñîïðîòèâëåíèÿ ñòèõèÿì: «Ãåíèÿ áåç âîëè íåò, íî åùå áîëüøå íåò, åùå ìåíüøå åñòü áåç íàèòèÿ. Âîëÿ òà åäèíèöà ê áåññ÷åòíûì ìèëëèàðäàì íàèòèÿ, áëàãîäàðÿ êîòîðîé òîëüêî îíè è åñòü ìèëëèàðäû (îñóùåñòâëÿþò ñâîþ ìèëëèàðäíîñòü) è áåç êîòîðîé îíè íóëè òî åñòü ïóçûðè íàä òîíóùèì. Âîëÿ æå áåç íàèòèÿ â òâîð÷åñòâå ïðîñòî êîë. Äóáîâûé. Òàêîé ïîýò ëó÷øå áû øåë â ñîëäàòû».
«×òîá â áóðå äíåé ñòîÿë îäèí êàê äóá,
Îäèí êàê Áîã â ñâîåì æåëåçíîì êðóãå!»
Îäèí êàê äóá. Êîðíÿìè ãëóáîêî â ïèòàþùóþ çåìëþ.
Îäèí êàê Áîã. Ïîòîìó ÷òî êàê ñîçäàòåëü. Òâîðèò ñîçäàåò.
Îäèí è âñå.
Ïîýò è òîëïà.
Îí â æåëåçíîì êðóãå, êðóãå òâîð÷åñòâà, îáðå÷åííûé èëè èçáðàííûé ðàñòâîðÿòüñÿ, óìèðàòü è âîçðîæäàòüñÿ ê æèçíè.
Îñòàëüíûå — çà êðóãîì.
Источник