Людмила альперн сон и явь женской тюрьмы скачать

Людмила альперн сон и явь женской тюрьмы скачать thumbnail

Крутой маршрут
Евгения Гинзбург

Драматическое повествование о восемнадцати годах тюрем, лагерей и ссылок потрясает своей беспощадной правдивостью, вызывает глубочайшее уважение к силе человеческого духа, который не сломили эти страшные испытания. «Крутой маршрут» — документ эпохи, ужасам которой больше не должно быть места в истории человечества.
Книга иллюстрирована фотографиями и подлинными документами. О последних годах жизни автора «Крутого маршрута» рассказывают известные правозащитники Раиса Орлова и Лев Копелев.
——————————————————————————————————————-

Я пережила Освенцим
Кристина Живульская

Польская писательница Кристина Живульская в 1943 году попала в гитлеровский лагерь уничтожения — Освенцим. Ей удалось выжить, Советская Армия освободила ее. Кристина Живульская решила рассказать людям о зверствах гитлеровцев, о том, что ей пришлось испытать. Так появилась книга «Я пережила Освенцим».
——————————————————————————————————————-

Сенсационная правда о женских тюрьмах. Дневник заключенной
Юлия Пелехова

Мир женской тюрьмы — явление до сих пор неисследованное. В отличие от «мужских» лагерных, тюремных и прочих записок «с зоны», женская неволя нигде еще не нашла своего отображения.
Волею судьбы автор этой книги Юлия Пелехова провела в заключении два года. Эти воспоминания — не просто взгляд изнутри на будни женского изолятора со всеми его бытовыми и психологическими проблемами. Это попытка разобраться, что же случилось со всеми нами?.. Чем больно общество, держащее за решеткой 83-летнюю бабулю за спекуляцию лекарством? Общество, где предательство беззащитного человека тем, кто призван защищать его, стало доблестью? И где обращение к судье «ваша честь» иногда звучит как сарказм?
——————————————————————————————————————-

До и после тюрьмы. Женские истории.
Коллективная монография написана по материалам социологического качественного исследования женщин, имеющих опыт заключения в исправительных учреждениях. Основные темы, которые раскрываются в книге, — это формальная и неформальная структуры власти, тендерные аспекты быта и повседневности в российских женских колониях, а также специфика построения биографических нарративов осужденных женщин. Кроме того, в монографии представлены голоса самих женщин в форме их биографических историй.

Книга предназначена для специалистов, интересующихся проблемами женской колонии и ресоциализации женщин, вышедших из мест лишения свободы, а также для широкого круга читателей.
——————————————————————————————————————-

История одной зечки и других з/к, з/к, а также некоторых вольняшек
Екатерина Матвеева

«История одной зечки и других з/к, з/к, а также некоторых вольняшек» — первое художественное произведение Екатерины Матвеевой, прошедшей трудный путь сталинской каторги.
Опять Гулаг, опять сталинские лагеря? Да. — Гулаг, сталинские лагеря, но здесь, прежде всего, произведение в жанре русской классической прозы, а не воспоминания, ограниченные одной судьбой, это итог долгих раздумий, это роман с художественными достоинствами, ставящими его в ряд редкостей для нашего времени литературы, с живыми образами, с мастерски раскрытыми драматическими коллизиями. Это полифоническое произведение, разрез нашего общества в его зеркальном отражении в Гулаге и зеркальное отражение Гулага в «вольной жизни». Автор ищет ответ на вопрос: почему в одночасье рухнул казалось бы несокрушимый монолит коммунистического режима, куда и почему исчезли, как тени, «верующие» в его справедливость и несокрушимость. И все же, прежде всего, это роман, развитие сюжета которого держит у читателя неослабевающий интерес с первых и до последних страниц.
——————————————————————————————————————-

Сон и явь женской тюрьмы
Людмила Альперн

Женская тюрьма как она есть — очерки и размышления. Попытка осмысления настоящего и предсказания будущего. Исторические обзоры. Современная ситуация. У нас и у них. Взгляд изнутри — интервью с заключенными и теми, кто уже на свободе.
——————————————————————————————————————-

Сколько стоит человек
Ефросиния Керсновская

Произведение Евфросинии Антоновны Керсновской получило известность в начале 1990-х годов, признано памятником мировой культуры, но впервые издано полностью. Факсимильно воспроизведенные более двух тысяч тетрадных страниц ее воспоминаний, на 703 из которых есть рисунки, переведены на современный язык книгоиздания.
Евфросиния Керсновская могла избежать тяжелых испытаний, но выбрала крестный путь. Она следовала правде, помогала ближнему и никогда не считала себя жертвой. ГУЛАГ не наложил на нее ни малейшего отпечатка — пройдя крестным путем, она осталась, по ее словам, «нормальным европейцем».
——————————————————————————————————————-

Я должна рассказать
Мария Рольникайте

Маше Рольникайте было четырнадцать, когда нацисты вошли в Вильнюс. Именно с этого момента начинается дневник еврейской девочки-подростка, описывающей свою жизнь в Вильнюсском гетто, а затем в двух концлагерях — в Штрасденгофе в Латвии и в Штутггофе, близ Данцига, в Германии. Девочка не пыталась оценивать события — она просто запоминала и записывала все, что происходит вокруг, в надежде, что если не удастся выжить и рассказать о трагедии самой, это сделает дневник.
Впервые в книге приводится подробная хроника событий Вильнюсского гетто, дополняющая дневник школьницы и усиливающая документальность основного текста произведения. Вторая часть книги, названная автором «Это было потом», посвящена послевоенной судьбе героини, тесно связанной с трагическим прошлым, и истории публикации дневника.
——————————————————————————————————————-

Путь
Ольга Львовна Адамова-Слиозберг

Книга воспоминаний Ольги Адамовой-Слиозберг о ее пути по тюрьмам и лагерям — одна из вершин русской мемуаристики XX века.
——————————————————————————————————————-

Серый — цвет надежды
Ирина Ратушинсткая

«Все описанные в книге эпизоды действительно имели место. Мне остается только принести извинения перед многотысячными жертвами женских лагерей за те эпизоды, которые я забыла или не успела упомянуть, ограниченная объемом книги. И принести благодарность тем не упомянутым в книге людям, что помогли мне выжить, выйти на свободу, и тем самым — написать мое свидетельство.»
Опубликовано на английском, французском, немецком, шведском, финском, датском, норвежском, итальянском, голландском и японском языках.
——————————————————————————————————————-

Читайте также:  Снотворное без рецептов для крепкого сна в каплях без запаха

Жизнь сапожок непарный
Тамара Петкевич

Тамара Петкевич — драматическая актриса, воплотившая не один женский образ на театральных сценах бывшего Советского Союза. Ее воспоминания — удивительно тонкое и одновременно драматически напряженное повествование о своей жизни, попавшей под колесо истории 1937 года.
——————————————————————————————————————-

Незабываемое
Анна Ларина-Бухарина

Эта книга — документ потрясающей силы. Дочь Юрия Ларина, видного революционера, соратника Ленина, впоследствии ставшая женой одного из руководителей Советского государства Николая Бухарина, восстанавливает в своих воспоминаниях суровые времена правления Сталина. В книге даны запоминающиеся портреты Троцкого, Каменева, Зиновьева, Пятакова, Рыкова, Томского, Орджоникидзе, Радека, Калинина, Ворошилова, Ягоды, Ежова, Берии и других представителей высших эшелонов власти Страны Советов. Причем все они увидены как глазами девочки-подростка, которой едва ли не с рождения пришлось вращаться в их кругу, так и глазами зрелой женщины, прошедшей через клевету, смерть любимого, многолетнюю разлуку с сыном, ад ГУЛАГа. Впечатляющие страницы посвящены и «членам семей изменников Родины» в том числе женам и детям видных советских военачальников Тухачевского, Якира, Уборевича, — разделившим судьбу автора этой книги.
——————————————————————————————————————-

Запечатленный труд. Том 1.
В.Н. Фингер

Двенадцать лет работала Фигнер над своими книгами. Обращаясь к своим читателям, она писала: «Так пусть же мой опыт из того времени, «когда часы жизни остановились», не пропадет для тех, кто будет жить в условиях непрестанного движения часовой стрелки, которая будет двигаться все вперед, вперед, в направлении к истинному равенству и свободе — благу России и всего человечества»
——————————————————————————————————————-

Как я их помню
Галина фон Мекк

В книге воспоминаний внучки известной меценатки Н. Ф. Фон Мекк, оказавшей большую помощь П. И. Чайковскому в трудный период его жизни, читатель познакомится с полной драматизма историей поколений нескольких славных древних русских семейств. Значительную часть повествования занимает рассказ о нелегкой судьбе самой Галины Николаевны фон Мекк и ее близких в период сталинских репрессий.
——————————————————————————————————————-

Повесть о борьбе и дружбе
Антонина Никифорова

Книга воспоминаний бывшей узницы концлагеря Равенсбрюк Антонины Александровны Никифоровой.
——————————————————————————————————————-

Женщины против Гитлера
Марта Шад

О сопротивлении нацистской тирании в Третьем рейхе написано уже множество книг и статей. Но в этих публикациях в центре внимания, как правило, мужчины и их противники. Литературе, посвященной немецкому сопротивлению, в значительной мере не хватает взгляда на женщин, на которых не оказывала воздействия личная харизма Гитлера и которые не поддерживали культ его личности.

Известный историк Марта Шад впервые посвятила обширное исследование судьбам многих женщин, оказавших по разным причинам активное или пассивное сопротивление гитлеровскому режиму. Книга «Женщины против Гитлера» является блестящим и наиболее полным отображением судеб женщин, участвовавших в сопротивлении нацизму в Германии, и восполняет пробел в исторической литературе, посвященной этой теме. Кроме того, Шад собрала документальные материалы, связанные с биографиями не только таких известных женщин немецкого сопротивления, как Софи Шолль и графиня Марион Денхофф, но и менее известных женщин, которые в борьбе против нацистского режима рисковали жизнью и погибали, среди них Констанца Халльгартен, Элизабет фон Тадден и Хильда Коппи.
——————————————————————————————————————-

Пассажирка
Зофья Посмыш

В письме к переводчикам Зофья Посмыш рассказывает, что толкнуло ее на создание повести «Пассажирка». Ее поразил крикливый, резкий голос женщины, туристки из Германии, который она услышала в Париже. Этот голос напомнил ей одну из надзирательниц Освенцима. И тогда Зофья Посмыш спросила себя: как бы она поступила, если бы в дни мира встретила эту надзирательницу?
——————————————————————————————————————-

На островах ГУЛАГа. Воспоминания заключенной.
Евгения Федорова

Автор книги, Евгения Федорова, хотела стать детской писательницей, но оказалась в сталинских лагерях. В результате литературные плоды ее жизни связаны с очень взрослыми и страшными темами тоталитарного общества. Она пережила на себе все ужасы ГУЛАГа, и поэтому ее рассказ о неумолимой адской политической машине, перемалывающей судьбы людей, заставляющей предавать близких, разлучающей матерей с детьми, столь яркий и искренний. Эта книга — подлинная история людей, которые столкнулись с неумолимой жестокостью государственной машины, но при этом нашли в себе силы не сдаться.

Почему книга достойна прочтения
Эта книга о трагической прошлом нашей страны. Однако отголоски этого прошлого еще слышны в нашей сегодняшней реальности. Понять и переосмыслить, почему это происходит, можно лишь через изучение масштабной трагедии ХХ века. Узнать о целом поколении российской интеллигенции, чьи имена были стерты со страниц нашей истории, — это долг каждого из нас.
Вы узнаете о разных видах лагерей, очень контрастных по своим «условиям проживания». О своеобразном быте и культуре разных слоев общества и их взаимодействии между собой — урок и политзаключенных. О «крепостном театре» — своего рода филиале Мариинки, о научно-исследовательских лабораториях по разработке полезных ископаемых, о швейном конвейере, о работе на «Лесоповале»…
Эта книга передает ощущение «бесконечной колючей проволоки» — как будто один лагерь находится в другом, и так до бесконечности. Что идеально передает не только атмосферу тоталитарного режима СССР тех лет, но и суть самой страшной утопии в истории.
Эта книга для каждого гражданина нашей страны.
——————————————————————————————————————-

Читайте также:  Бабочка во сне села на руку

Воспоминания о тюрьме и ссылке
Заяра Веселая

Лубянка, Бутырки, этапы и пересыльные тюрьмы, сибирское село Пихтовка — путь, пройденный в 1949 году 20-летней студенткой. Заяра Веселая была арестована и сослана как дочь «врага народа» — писателя Артема Веселого.
В своих воспоминаниях она живо и непосредственно воспроизводит увиденное и пережитое.
——————————————————————————————————————-

Танцующая в Аушвице
Паул Гласер

Паул Гласер родился и вырос в Голландии, в католической семье. О том, что он еврей, он узнал совершенно случайно — отец никогда ему об этом не рассказывал. Паул решил узнать, как его родственники пережили Вторую мировую войну, кто погиб, кто выжил и как.
Поиски привели его в Швецию, к Розе, родной сестре его отца, с которой тот уже много лет не поддерживал отношений. Паул, собрав дневники своей тети, ее письма, стихи, фотографии, смог восстановить историю жизни женщины, которая попала в водоворот трагических событий, но сумела выстоять.
——————————————————————————————————————-

На ладони судьбы: я рассказываю о своей жизни
Валентина Михайловна Мухина-Петринская

Воспоминания об аресте в октябре 1937 г., следствии, ярославской тюрьме, Колымских лагерях, повторном следствии в конце 1940 − начале 1941 г., Карлаге (Карагандинская область Казахской ССР), освобождении в июне 1946 г.
——————————————————————————————————————-

Наяву — не во сне
Ирина Савенко

Тяжелыми испытаниями переполнена жизнь героини романа-воспоминания. Октябрьские события застали ее восьмилетним ребенком. Отец эмигрировал в Турцию. С наступлением времен сталинских репрессий за грехи отца в ссылке оказались мать, сестра и она. После отбытия срока Ирина — она же автор книги — находит сына в другой семье, идет напряженная борьба за возврат его матери. И вновь страшный удар судьбы: ребенок скоропостижно -умирает. И как единственный просвет в этой трагедии — реабилитация, помощь добрых людей, возвращение в родной Киев.
——————————————————————————————————————-

Зулейха открывает глаза
Гузель Яхина

Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.
Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши — все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.
Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Роман «Зулейха открывает глаза» вошел в шорт-лист премии «Большая книга».
——————————————————————————————————————-

Услышь меня, чистый сердцем
Валентина Малявина

Красивая женщина, блестящая и очень известная в свое время актриса кино, обладательница, как казалось многим, необычайно счастливой судьбы. Она из тех людей, которым словно все, к чему иные безуспешно стремятся годами, дается в руки само и сразу.
И вдруг, в одно мгновение, — трагический обвал: ее, трепетную героиню знаменитого «Иванова детства», сказочную красавицу принцессу из «Короля-Оленя», обвиняют в убийстве артиста Стаса Жданько. Человека, которого любила она, который, несомненно, любил ее.
Вы держите в руках мемуары Валентины Малявиной — женщины, на собственном опыте узнавшей, что такое рай и что такое ад.
Эта книга написана в первую очередь именно женщиной, а не актрисой — вопреки тому, что едва ли не каждая страница пестрит хорошо знакомыми именами звезд кино. Это ли не подлинная драма, совсем не «киношная», а жестокая и грубая, как порой и сама жизнь?
——————————————————————————————————————-

Я хочу любить
Валентина Малявина

Валентина Малявина — блестящая и очень известная в свое время актриса кино и театра, сыгравшая героиню знаменитого «Иванова детства!», сказочную красавицу принцессу из «Короля-Оленя» и много других прекрасных ролей. Все в ее жизни, казалось, складывалось как нельзя лучше — ошеломляющий успех на Венецианском фестивале, слава, любовь зрителей и поклонение многих знаменитых мужчин. И вдруг — трагедия: 103-я статья Уголовного кодекса. Ее обвиняют в умышленном убийстве… И дальше — несколько лет ада: зоны и поселений. У нее отняли все, что составляло суть и смысл ее существования, но эта хрупкая женщина не сломалась.

Эта книга — продолжение воспоминаний Валентины Малявиной. Это исповедь — трагическая и благостная, книга размышлений, страданий и… любви, ибо «любовь — вот единственное, что способно спасти человека из любой бездны…».
——————————————————————————————————————-

Лидия Русланова. Душа-певица
Сергей Михеенков

Есть такая русская пословица: от сумы и от тюрьмы не зарекайся. В жиз­ни героини этой книги были и сума, и тюрьма, а еще в ней были верность и предательство, нищета и богатство, и радости и горя было немерено. Но главное, что сопровождало ее с малых лет и до последнего вздоха, — это поистине всенародная любовь. Писатель Сергей Михеенков рассказывает об уникальном явлении в русской культуре, о том, как сирота из поволж­ской деревни Даниловки Прасковья Лейкина, просившая Христа ради во дворах богатых саратовских домов, удивительным образом превратилась в гениальную певицу, непревзойдённую исполнительницу русских народных песен Лидию Русланову. Такая судьба просто не могла не породить легенд и даже небылиц. Новая биография, написанная на основе воспоминаний её близких, друзей и родственников, открывает многие неизвестные страницы жизни великой певицы.
——————————————————————————————————————-
Источник: https://www.livelib.ru/selection/20791#books
Там есть еще! Я не включила книги без официальных аннотаций, одну на украинском языке ( не могу прочесть аннотацию ) и еще что-то с авторами-мужчинами.

Читайте также:  Сон у моря никита официальный сайт

Источник

Людмила Альперн. Сон и явь женской тюрьмы. — СПб.: Алетейя, 2004, 446 с. + [32 с.] илл.

(Гендерные исследования).

Книга задумана как первый шаг к созданию феминистической криминологии — науке о женской преступности. В России ее фактически нет, на Западе, в основном в США, у нее почтенные традиции. Все, что там давно исследуется, у нас еще как следует и не описано. Даже пережито не вполне — отодвинуто на задворки социального внимания.

Под пером своего первого российского автора этой новой у нас дисциплины приходится быть всем сразу: и публицистикой, и исповедальной лирикой, и статистикой, и путевыми заметками, и антропологическими зарисовками. Всем, что только может иметь отношение к жизни женщин в неволе. Но прежде всего личным переживанием: Людмила Альперн, заместитель директора Центра содействия реформе уголовного правосудия и руководитель программы посещения тюрем, знает предмет изнутри и пишет исключительно о том, что взволновало ее лично.

Первую часть книги действительно можно назвать исследовательской. Это обзоры современного законодательства, исследований женской преступности и современной ситуации с нею, условий содержания заключенных женщин; рассказ о том, как развивалась женская тюрьма на Западе в последние два века и как она выглядит там сегодня; о криминализации девочек, ставших жертвами сексуального насилия. И приложение: извлечения из дореволюционного «Устава о ссыльных». Но это все-таки не главное.

Главное — во второй части, личной и пристрастной. Сюда вошли очерки о посещении тюрем и о встречах с их обитательницами. И впечатления автора от людей, стран и ситуаций, и собственная судьба, и даже отношения с собственным сыном — все это для Альперн связано с темой книги: с положением женщины в условиях цивилизации, созданной мужчинами исходя исключительно из собственных интересов. Альперн настаивает: тюрьма лишь выявляет, с присущей ей беспощадностью, насколько эти интересы и эта цивилизация несовместимы с женской природой (может быть — с человеческой вообще?).

О том же — и последняя треть книги, отданная голосам самих героинь: анкеты, заполненные осужденными, и несколько интервью с ними, а также с бывшими политзаключенными Натальей Горбаневской и Ольгой Иоффе.

Все, что Людмиле Альперн пришлось пережить при многочисленных посещениях женских тюрем, лишь укрепило ее в мысли: женщины и мужчины устроены по-разному — не только телесно, но и душевно. Женская и мужская тюрьма — разные миры с разными культурами. Одни и те же будто бы вещи принимают в них очень разные, до противоположного значения. Подход к женщинам должен быть принципиально другим, в одинаковых с мужчинами условиях их держать недопустимо. То, что мужчину лишь измучит или искалечит, с женщиной сделает нечто более страшное: она утратит способность быть женщиной и станет навсегда чужой для мира за тюремными стенами.

Правозащитник в Альперн берет верх над исследователем. Пафос книги — безусловное сочувствие к женщинам-заключенным. Ни вины ее героинь, ни ответственности их за эту вину для Альперн фактически нет: все они, по существу, жертвы.

Причины, по которым женщина оказывается за решеткой, вообще-то упоминаются, но не более того. Вина не важна, даже если она — убийство. Единственное, что важно, — беда. Сама вина — разновидность беды. Женщина-преступница — жертва с самого начала, и тогда, когда совершает преступление, и раньше, когда что-то (едва ли не всегда — внешнее) ее к этому толкает. Об этом сказано открытым текстом: «посягнуть на установленные, писаные и неписаные законы общества» — выявив тем самым их двусмысленность — женщин вынуждают «трудные обстоятельства жизни». Женская преступность — прямое следствие ущербности мужской цивилизации.

Если подыскивать книге какую-то жанровую принадлежность, ближе всего она окажется не к исследованию — к памфлету против несправедливого, слепого в своем самодовольстве мужского мира. Позиция Альперн основана на вере в человеческую природу, которую искажают лишь дурные условия существования. Да и то не всегда: добрая природа человека (особенно женщины) может, считает автор, проявиться везде — даже в бесчеловечной российской тюрьме.

С этим можно спорить. Но язык почему-то не поворачивается. Что-то не позволяет избавиться от чувства стыда перед этими женщинами — как перед каждым несчастным. И от мысли, что все это может иметь отношение к любому из нас. «Тюрьма, как смертельная болезнь, как война, как любое состояние на грани жизни и смерти, а потому — как квинтэссенция жизни┘»

Комментарии для элемента не найдены.

Источник