Пушкин стихи сочиненные ночью во время бессонницы год написания

Пушкин стихи сочиненные ночью во время бессонницы год написания thumbnail
Пушкин стихи сочиненные ночью во время бессонницы год написания

Ïóøêèí.
Âîñïîìèíàíèå.

Êîãäà äëÿ ñìåðòíîãî óìîëêíåò øóìíûé äåíü,
È íà íåìûå ñòîãíû ãðàäà
Ïîëóïðîçðà÷íàÿ íàëÿæåò íî÷è òåíü
È ñîí, äíåâíûõ òðóäîâ íàãðàäà,
 òî âðåìÿ äëÿ ìåíÿ âëà÷àòñÿ â òèøèíå
×àñû òîìèòåëüíîãî áäåíüÿ:
 áåçäåéñòâèè íî÷íîì æèâåé ãîðÿò âî ìíå
Çìåè ñåðäå÷íîé óãðûçåíüÿ;
Ìå÷òû êèïÿò; â óìå, ïîäàâëåííîì òîñêîé,
Òåñíèòñÿ òÿæêèõ äóì èçáûòîê;
Âîñïîìèíàíèå áåçìîëâíî ïðåäî ìíîé
Ñâîé äëèííûé ðàçâèâàåò ñâèòîê;
È ñ îòâðàùåíèåì ÷èòàÿ æèçíü ìîþ,
ß òðåïåùó è ïðîêëèíàþ,
È ãîðüêî æàëóþñü, è ãîðüêî ñëåçû ëüþ,
Íî ñòðîê ïå÷àëüíûõ íå ñìûâàþ.

————————————————————————————————————

Ïóøêèí
ÑÒÈÕÈ, ÑÎ×ÈÍÅÍÍÛÅ ÍÎ×ÜÞ ÂÎ ÂÐÅÌß ÁÅÑÑÎÍÍÈÖÛ

Ìíå íå ñïèòñÿ, íåò îãíÿ;
Âñþäó ìðàê è ñîí äîêó÷íûé.
Õîä ÷àñîâ ëèøü îäíîçâó÷íûé
Ðàçäàåòñÿ áëèç ìåíÿ.
Ïàðêè áàáüå ëåïåòàíüå,
Ñïÿùåé íî÷è òðåïåòàíüå,
Æèçíè ìûøüÿ áåãîòíÿ…
×òî òðåâîæèøü òû ìåíÿ?
×òî òû çíà÷èøü, ñêó÷íûé øåïîò?
Óêîðèçíà èëè ðîïîò
Ìíîé óòðà÷åííîãî äíÿ?
Îò ìåíÿ ÷åãî òû õî÷åøü?
Òû çîâåøü èëè ïðîðî÷èøü?
ß ïîíÿòü òåáÿ õî÷ó,
Ñìûñëà ÿ â òåáå èùó…

————————————————————————————————————

Ô. È. Òþò÷åâ.
Áåññîííèöà («×àñîâ îäíîîáðàçíûé áîé…»)

×àñîâ îäíîîáðàçíûé áîé,
Òîìèòåëüíàÿ íî÷è ïîâåñòü!
ßçûê äëÿ âñåõ ðàâíî ÷óæîé
È âíÿòíûé êàæäîìó, êàê ñîâåñòü!
Êòî áåç òîñêè âíèìàë èç íàñ,
Ñðåäè âñåìèðíîãî ìîë÷àíüÿ,
Ãëóõèå âðåìåíè ñòåíàíüÿ,
Ïðîðî÷åñêè-ïðîùàëüíûé ãëàñ?
Íàì ìíèòñÿ: ìèð îñèðîòåëûé
Íåîòðàçèìûé Ðîê íàñòè㠖
È ìû, â áîðüáå, ïðèðîäîé öåëîé
Ïîêèíóòû íà íàñ ñàìèõ.
È íàøà æèçíü ñòîèò ïðåä íàìè,
Êàê ïðèçðàê íà êðàþ çåìëè,
È ñ íàøèì âåêîì è äðóçüÿìè
Áëåäíååò â ñóìðà÷íîé äàëè…
È íîâîå, ìëàäîå ïëåìÿ
Ìåæ òåì íà ñîëíöå ðàñöâåëî,
À íàñ, äðóçüÿ, è íàøå âðåìÿ
Äàâíî çàáâåíüåì çàíåñëî!
Ëèøü èçðåäêà, îáðÿä ïå÷àëüíûé
Ñâåðøàÿ â ïîëóíî÷íûé ÷àñ,
Ìåòàëëà ãîëîñ ïîãðåáàëüíûé
Ïîðîé îïëàêèâàåò íàñ!
<1829>

————————————————————————————————————

Ïåòð Âÿçåìñêèé. «Áåññîííèöà»

 òîñêå áåññîííèöû, ñðåäü òèøèíû íî÷íîé,
Êàê ðàçäðàæèòåëåí ÷àñîâ äîêó÷íûé áîé!
Êàê ìîëîòîì êóçíåö ñòó÷èò ïî íàêîâàëüíîé,
Òàê êàæäûé èõ óäàð, òÿæåëûé è ïå÷àëüíûé,
Ïî ñåðäöó ìîåìó îäíîîáðàçíî áüåò,
È ñ êàæäûì áîåì âñ¸ òîñêà ìîÿ ðàñòåò.
×àñû, «ãëàãîë âðåìåí, ìåòàëëà çâîí» íàäãðîáíîé,
×åãî âû îò ìåíÿ ñ íàñòîé÷èâîñòüþ çëîáíîé
Õîòèòå? Äàéòå ìíå çàáûòüñÿ. ß óñòàë.
Êóêóøêè âäîâîëü ÿ íàìåêîâ íàñ÷èòàë.
ß çíàþ è áåç âàñ, ÷òî âðåìÿ ìèìîëåòíî;
Áåçîñòàíîâî÷íî îíî, áåñïîâîðîòíî!
Òåì ëó÷øå! È êîìó, â êîì çäðàâûé ðàçóì åñòü,
Îõîòà áû ïðèøëà æèçíü ñûçíîâà ïðî÷åñòü?
Íî, ñêó÷íûå ÷àñû ìîåé áåññîííîé ïûòêè,
 äâèæåíèÿõ ñâîèõ êóäà êàê âû íå ïðûòêè!
È, ñëîâíî ãèðÿìè êðûëî îáðåìåíÿ,
Âû òàùèòåñü ïî ìíå, öàðàïàÿ ìåíÿ.
È ñêîëüêî äèêèõ äóì, áåññìûñëåííûõ, íåñâÿçíûõ,
×óäîâèùíûõ êàðòèí, âèäåíèé áåçîáðàçíûõ, —
Òî âûíûðíóâ èç òüìû, òî ïîãðóæàÿñü â òüìó, —
Ìåðåùèòñÿ ãëàçàì è ãðåçèòñÿ óìó!
Ãðóäü äàâèò òåìíûé ñòðàõ è áåøåíàÿ çëîáà,
Êîãäà çìåè íî÷íîé áåçäîííàÿ óòðîáà
Çà ÷àñîì ÷àñ íà÷íåò ïðîæîðëèâî ãëîòàòü,
À ñíà íà æàðêèé îäð íå ñõîäèò áëàãîäàòü.
Òîñêà áåññîííèöû, òû ìíå äàâíî çíàêîìà;
Íî âñ¸ ìíå íåâòåðïåæ òâîé ãíåò, òâîÿ èñòîìà,
Êàê áóäòî â ïåðâûé ðàç ìíå èçìåíÿåò ñîí
È êðåïêî-íàêðåïêî áûë çàñòðàõîâàí îí;
Êàê áóäòî ïî íî÷àì áåññîííûì íå â ïðèâû÷êó
Òîìèòåëüíûõ ÷àñîâ ìíå ñëóøàòü ïåðåêëè÷êó;
Êàê áóäòî ÿ è âïðÿìü íà âñåðîññèéñêèé ëàä
Ñïàòü áîãàòûðñêèì ñíîì âñåãäà è âñþäó ðàä,
È òîëüêî ãîëîâîé ïîäóøêó ÷óòü ïðèãðåþ, —
Óæ ñ Õðàïîâèöêèì ðå÷ü çàòÿãèâàòü óìåþ.
1862 (?)

————————————————————————————————————

Îñèï Ìàíäåëüøòàì
«Áåññîíèöà, Ãîìåð, òóãèå ïàðóñà…»

Áåññîíèöà, Ãîìåð, òóãèå ïàðóñà.
ß ñïèñîê êîðàáëåé ïðî÷åë äî ñåðåäèíû:
Ñåé äëèííûé âûâîäîê, ñåé ïîåçä æóðàâëèíûé,
×òî íàä Ýëëàäîþ êîãäà-òî ïîäíÿëñÿ.

Êàê æóðàâëèíûé êëèí â ÷óæèå ðóáåæè —
Íà ãîëîâàx öàðåé áîæåñòâåííàÿ ïåíà —
Êóäà ïëûâåòå âû? Êîãäà áû íå Åëåíà,
×òî Òðîÿ âàì îäíà, àxåéñêèå ìóæè?

È ìîðå, è Ãîìåð — âñå äâèæèìî ëþáîâüþ.
Êîãî æå ñëóøàòü ìíå? È âîò, Ãîìåð ìîë÷èò,
È ìîðå ÷åðíîå, âèòèéñòâóÿ, øóìèò
È ñ òÿæêèì ãðîõîòîì ïîäxîäèò ê èçãîëîâüþ.

————————————————————————————————————

Ìàðèíà Öâåòàåâà
x x x

Áåññîííèöà! Äðóã ìîé!
Îïÿòü òâîþ ðóêó
Ñ ïðîòÿíóòûì êóáêîì
Âñòðå÷àþ â áåççâó÷íî-
Çâåíÿùåé íî÷è.

— Ïðåëüñòèñü!
Ïðèãóáü!
Íå â âûñü,
À â ãëóáü —
Âåäó…
Ãóáàìè ïðèãîëóáü!
Ãîëóáêà! Äðóã!
Ïðèãóáü!
Ïðåëüñòèñü!
Èñïåé!
Îò âñåõ ñòðàñòåé —
Óñòîé,
Îò âñåõ âåñòåé —
Ïîêîé.
— Ïîäðóãà! —
Óäîñòîé.
Ðàçäâèíü óñòà!
Âñåé íåãîé óñò
Ðåçíîãî êóáêà êðàé
Âîçüìè —
Âòÿíè,
Ãëîòíè:
— Íå áóäü! —
Î äðóã! Íå îáåññóäü!
Ïðåëüñòèñü!
Èñïåé!
Èç âñåõ ñòðàñòåé —
Ñòðàñòíåéøàÿ, èç âñåõ ñìåðòåé —
Íåæíåéøàÿ… Èç äâóõ ãîðñòåé
Ìîèõ — ïðåëüñòèñü! — èñïåé!

Ìèð áåç âåñòè ïðîïàë.  íèãäå —
Çàòîïëåííûå áåðåãà…
— Ïåé, ëàñòî÷êà ìîÿ! Íà äíå
Ðàñòîïëåííûå æåì÷óãà…

Òû ìîðå ïüåøü,
Òû çîðè ïüåøü.
Ñ êàêèì ëþáîâíèêîì êóòåæ
Ñ ìîèì
— Äèòÿ —
Ñðàâíèì?

À åñëè ñïðîñÿò (íàó÷ó!),
×òî, äåñêàòü, ùå÷êè íå ñâåæè, —
Ñ Áåññîííèöåé êó÷ó, ñêàæè,
Ñ Áåññîííèöåé êó÷ó…

Ìàé 1921

————————————————————————————————————

Êòî ñïèò ïî íî÷àì? Íèêòî íå ñïèò!
Ðåá¸íîê â ëþëüêå ñâîåé êðè÷èò,
Ñòàðèê íàä ñìåðòüþ ñâîåé ñèäèò,
Êòî ìîëîä — ñ ìèëîþ ãîâîðèò,
Åé â ãóáû äûøèò, â ãëàçà ãëÿäèò.

Çàñí¸øü — ïðîñí¸øüñÿ ëè çäåñü îïÿòü?
Óñïååì, óñïååì, óñïååì ñïàòü!

À çîðêèé ñòîðîæ èç äîìà â äîì
Ïðîõîäèò ñ ðîçîâûì ôîíàð¸ì,
È äðîáíûì ðîêîòîì íàä ïîäóøêîé
Ðîêî÷åò ÿðàÿ êîëîòóøêà:

Íå ñïè! êðåïèñü! ãîâîðþ äîáðîì!
À òî — âå÷íûé ñîí! à òî — âå÷íûé äîì!

12 äåêàáðÿ 1916

————————————————————————————————————

À. Àõìàòîâà
Áåññîíèöà

Ãäå-òî êîøêè æàëîáíî ìÿóêàþò,
Çâóê øàãîâ ÿ èçäàëè ëîâëþ…
Õîðîøî òâîè ñëîâà áàþêàþò:
Òðåòèé ìåñÿö ÿ îò íèõ íå ñïëþ.

Òû îïÿòü, îïÿòü ñî ìíîé, áåññîííèöà!
Íåïîäâèæíûé ëèê òâîé óçíàþ.
×òî, êðàñàâèöà, ÷òî, áåççàêîííèöà,
Ðàçâå ïëîõî ÿ òåáå ïîþ?

Îêíà òêàíüþ áåëîþ çàâåøåíû,
Ïîëóìðàê ñòðóèòñÿ ãîëóáîé…
Èëè äàëüíåé âåñòüþ ìû óòåøåíû?
Îò÷åãî ìíå òàê ëåãêî ñ òîáîé?

————————————————————————————————————

Áîðèñ Ïàñòåðíàê

ÁÅÑÑÎÍÍÈÖÀ
Êîòîðûé ÷àñ? Òåìíî. Íàâåðíî, òðåòèé.
Îïÿòü ìíå, âèäíî, ãëàç ñîìêíóòü íå ñóæäåíî.
Ïàñòóõ â ïîñåëêå ùåëêíåò ïëåòüþ íà ðàññâåòå.
Ïîòÿíåò õîëîäîì â îêíî,
Êîòîðîå âî äâîð îáðàùåíî.
À ÿ îäèí.
Íåïðàâäà, òû
Âñåé áåëèçíû ñâîåé ñêâîçíîé âîëíîé
Ñî ìíîé.

Äðóãèå ñòàòüè â ëèòåðàòóðíîì äíåâíèêå:

  • 21.06.2015. ***
  • 17.06.2015. ***
  • 09.06.2015. Ñòèõè, ñî÷èíåííûå íî÷üþ âî âðåìÿ áåññîííèöû
  • 04.06.2015. Íå çðÿ

Источник

ПОИСК:

У нас более 50 000 материалов воспользуйтесь поиском! Вам повезёт!

Оба стихотворения написаны примерно в одно и то же время: у Тютчева – в 1829 году, у Пушкина – в 1830 году. В обоих произведениях раскрывается тема ночной бессонницы и раскрываются чувства и мысли героя в этот период. У обоих поэтов звучат сходные мотивы времени в образе движения часов: «часов однообразный бой» (Тютчев) и «ход часов лишь однозвучный» (Пушкин); мотив неумолимой судьбы: «неотразимый Рок» (Тютчев) и «Парки бабье лепетанье» (Пушкин), мотив тоски и скуки: «томительная ночи повесть», «кто без тоски внимал из нас» (Тютчев) и «сон докучный», «скучный шёпот» (Пушкин); мотив пророчества: «пророчески прощальный глас» (Тютчев) и «ты зовёшь или пророчишь» (Пушкин); мотив совести: «и внятный каждому, как совесть» (Тютчев) и «укоризна или ропот» (Пушкин).

Читайте также:  Стивен кинг бессонница скачать бесплатно pdf

Но при всём сходстве темы и мотивов у поэтов разный подход к освещению темы бессонницы. Лирический герой Тютчева выступает как философ, который говорит от лица всего человечества (местоимение «мы»), раскрывая проблему человека и Вселенной, проблему мироустройства и места человека в нём. Ночь чужда человеку и в то же время внятна (понятна), так как обнажившееся ночное небо (космос, Вселенная, бездна) напоминает ему о кратковременности земной жизни и о бездне, готовой его поглотить, у него возникает ощущение осиротелости («мир осиротелый»), ощущение того, что он покинут на самого себя: «И мы в борьбе с природой целой, // Покинуты на нас самих».

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ
ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Жизнь представляется призраком, люди чувствуют, что стоят на краю земной жизни, прощаются с веком и друзьями, понимая, что время их «давно забвеньем занесло», а за спиной толпится «новое, младое племя». В последней строфе звучит мотив смерти: «Лишь изредка, обряд печальный // Свершая в полуночный час, // Металла голос погребальный // Порой оплакивает нас».

Стихотворение Тютчева написано четырёхстопным ямбом, звучит мерно, важно, торжественно, передавая трагическую тональность.

У Пушкина лирический герой говорит о своих ощущениях, поэтому поэт употребляет местоимения первого лица единственного числа: мне, меня (2 раза), мной, от меня, я (2 раза). Во время бессонницы лирический герой ощущает суетность жизни («жизни мышья беготня»), пытается понять, в чём смысл его существования, какова его судьба. Испытывая томление и душевную тревогу, смуту, он пытается понять, чего от него хочет Парка-судьба (античный образ): призывает к себе или пророчит о чём-то?

Стихотворение Пушкина написано четырёхстопным хореем, который звучит живо, эмоционально, ритм подвижный, динамичный. Эмоциональную тональность усиливают риторические вопросы (5 вопросов, а у Тютчева всего один, зато у Тютчева 4 восклицательных предложения, а у Пушкина ни одного, но есть многоточие – фигура умолчания); разговорная лексика: «бабье». «мышья беготня».

Лирический герой подвергает себя нравственному анализу, разбирает, как прошёл «утраченный день», укоряет себя за напрасно прожитое время, испытывает недовольство собой.

Таким образом, Тютчев создал философской стихотворение о человеке и природе, человеке и Вселенной, а Пушкин написал лирически взволнованное стихотворение о мыслях и чувствах своего героя в бессонную ночь.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id50546

Обновлено: 2019-02-28

Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.

Спасибо за внимание.

.

Источник

Александр Пушкин, новое:

Зима. Что делать нам в деревне? Я встречаю
Слугу, несущего мне утром чашку чаю,
Вопросами: тепло ль? утихла ли метель?
Пороша есть иль нет? и…

Поэт! не дорожи любовию народной.
Восторженных похвал пройдёт минутный шум;
Услышишь суд глупца и смех толпы холодной,
Но ты останься твёрд,…

Последняя туча рассеянной бури!
Одна ты несёшься по ясной лазури,
Одна ты наводишь унылую тень,
Одна ты печалишь ликующий день.

Ты небо недавно…

Младой Дафнис, гоняясь за Доридой,
«Постой, — кричал, — прелестная! постой,
Скажи: „Люблю“ — и бегать за тобой
Не стану я — клянуся в том Кипридой…

Снова тучи надо мною
Собралися в тишине;
Рок завистливый бедою
Угрожает снова мне…
Сохраню ль к судьбе презренье?
Понесу ль навстречу ей…

Любите поэзию?

Угадайте автора стихотворения

Интересные цитаты

Хармс говорил:
— Телефон у меня простой — 32-08. Запоминается легко:
тридцать два зуба и восемь пальцев.

Свои пожелания по работе сайта вы можете оставить в нашей гостевой книге.

Стихотворение входит в подборки:

Александр Пушкин, самые читаемые стихотворения:

  1. Предвижу всё: вас оскорбит
    Печальной тайны объясненье.
    Какое горькое презренье
    Ваш гордый взгляд изобразит!
    Чего хочу? с какою целью
    Открою…

  2. Я к вам пишу — чего же боле?
    Что я могу ещё сказать?
    Теперь, я знаю, в вашей воле
    Меня презреньем наказать.
    Но вы, к моей несчастной доле
    Хоть…

  3. Любви все возрасты покорны;
    Но юным, девственным сердцам
    Её порывы благотворны,
    Как бури вешние полям:
    В дожде страстей они свежеют,
    И…

  4. Люблю тебя, Петра творенье,
    Люблю твой строгий, стройный вид,
    Невы державное теченье,
    Береговой её гранит,
    Твоих оград узор чугунный,
    Твоих…

  5. Гонимы вешними лучами,
    С окрестных гор уже снега
    Сбежали мутными ручьями
    На потоплённые луга.
    Улыбкой ясною природа
    Сквозь сон встречает утро…

  6. Тиха украинская ночь.
    Прозрачно небо. Звёзды блещут.
    Своей дремоты превозмочь
    Не хочет воздух. Чуть трепещут
    Сребристых тополей листы.
    Луна…

  7. Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
    К нему не зарастёт народная тропа,
    Вознёсся выше он главою непокорной
    Александрийского столпа.

    Нет…

  8. Я помню чудное мгновенье:
    Передо мной явилась ты,
    Как мимолётное виденье,
    Как гений чистой красоты.

    В томленьях грусти безнадежной,
    В тревогах…

  9. Кого ж любить? Кому же верить?
    Кто не изменит нам один?
    Кто все дела, все речи мерит
    Услужливо на наш аршин?
    Кто клеветы про нас не сеет?
    Кто…

  10. Простишь ли мне ревнивые мечты,
    Моей любви безумное волненье?
    Ты мне верна: зачем же любишь ты
    Всегда пугать моё воображенье?
    Окружена…

Лучшая поэзия, читайте на сайте

Что стоит прочитать?

Лучшие экранизации современной и классической литературы: часть 1

«Почитай эту книгу, обязательно!» — советовал мне приятель на одном литературном форуме, на что я, услышав знакомое…

Источник

Когда ночь укутывает землю сумрачным покрывалом, многие остаются один на один со своими мыслями. Особенно назойливы они во время бессонницы. В этом состоянии люди осознают быстротечность жизни, бесполезность дневной суеты и силу рока. Ночным раздумьям посвящены произведения А. Пушкина «Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы» и Ф. Тютчева «Бессонница».

Читайте также:  Скачать через торрент фильм лучшее бессонница

«Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы» А. С. Пушкина написал осенью 1830 г. в городе Болдина. Поэт собирался выдать сборник с одноименным циклом. Тем не менее, данное произведение было опубликовано только после смерти поэта Жуковским.

Ключевой образ стиха – лирический герой, который никак не может уснуть. Он слушает «однозвучный» ход часов, слышит каждый шорох, даже «спящей ночи трепетанье». Ночная атмосфера порождает вопросы о жизни. Герой понимает, что жизнь – это лишь «мышья беготня», а день снова был утрачен. Он подозревает, что день не пропал бесследно, а до сих пор «зовет или пророчит». Последние строки в который раз подтверждают, что человек не может понять высшую материю бытия. Лирический герой обращается к дню: «Я понять тебя хочу, смысла я в тебе ищу…». На этом диалог с жизнью заканчивается, но несложно догадаться, что он повторится в следующую бессонную ночь.

В 26 лет Ф. Тютчев уже успел построить дипломатическую карьеру, укрепился в литературных кругах и создать семью. Но мысли о скоротечности не покидали молодого поэта. В 1829 году он написал стихотворение «Бессонница». В начале стихотворения создается ночная атмосфера, причем ее атрибуты очень похожи на те, что немного позже использует А. С. Пушкин: «Часов однообразный бой, томительная ночи повесть» (ср. «Всюду мрак и сон докучный. Ход часов лишь однозвучный…»).

В следующих строфах более выразительно проявляется образ лирического героя. В отличие от Пушкинского, он говорит не только о своих мыслях. Герой обобщает раздумья, обращаясь: «Кто без тоски внимал из нас,… пророчески-прощальный глас?». Его мысли глобальные: о мире, о людях, которым кажется, что они покинуты на самых себя.

Постепенно поэт переходит к мотиву быстротечности, и смене поколений. Он говорит, что его поколение уже теряется в сумраке дней (и это мысли 26-летнего человека!), а ему на смену приходи «младое племя», подобное солнцу. Ушедшие поколения теряются во времени и лишь изредка их оплакивает «металла голос погребальный».

Стихотворение Ф. Тютчева тяжелее для восприятия, чем стих А. Пушкина. Это связано не только со сплетением нескольких мотивом, но и с особенностями художественного оформления. А. Пушкин использует эпитеты, метафоры, которые не требуют расшифровки. Произведение Тютчева – это палитра образов-символов, оригинальных метафор, эпитетов и контрастов. Читать его нужно между строф.

«Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы» А. С. Пушкина – целостный внутренний монолог, не разделенный на строфы, стих «Бессонница» Ф. Тютчева разделен на строфы. Произведение Пушкина написано хореем, а Тютчева – ямбом, но по настроению они похожи.

Понравилось школьное сочинение? А вот еще:
Сравнительный анализ стихотворений Есенина «Пороша» и Пушкина «Зимняя дорога»
Сравнительный анализ стихотворений Тютчева «Что ты клонишь над водами…» и Фета «Сядем здесь, у этой ивы…»
Сравнительный анализ стихотворений Пушкина «Туча» и Лермонтова «Тучи»
Сравнительный анализ стихотворений Пушкина «Узник» и Лермонтова «Пленный рыцарь»

Источник

Через несколько месяцев после создания стихотворения «К вельможе» прославленной болдинской осенью 1830 г. в творчестве Пушкина произошел коренной перелом — окончательный отказ от романтических представлений о действительности, романтических иллюзий и в связи с этим переход от «шалуньи-рифмы» к «суровой прозе», перелом, предчувствием которого были исполнены упоминавшиеся выше заключительные строфы шестой главы «Евгения Онегина» и который исподволь подготовлялся и вызревал в его творческом сознании.

Приехав ненадолго для устройства имущественных дел в связи с предстоящей женитьбой в родовую нижегородскую вотчину, село Болдино, Пушкин неожиданно, из-за вспыхнувшей холерной эпидемии, вынужден был пробыть здесь около трех месяцев. Как в 1824-1825 гг. в Михайловском, Пушкин снова очутился в глухой русской деревне, в еще более полном одиночестве и еще более тесном соприкосновении с простым народом, вдали от столичной неволи, от Бенкендорфа и его жандармов, от продажных журналистов вроде Булгарина, от светской «черни».

поэт, говоря его собственными словами, встрепенулся, «как пробудившийся орел». Накапливавшаяся за годы относительного творческого затишья громадная внутренняя энергия, то и дело дававшая себя знать в непрестанно сменявших друг друга многочисленных замыслах, планах, набросках, не доводимых Пушкиным до конца и остававшихся под спудом в его рабочих тетрадях, вдруг и разом вырвалась наружу. И это получило силу грандиозного творческого взрыва — по количеству, разнообразию и качеству созданных в этот кратчайший срок произведений, — беспримерного во всей мировой литературе.

Из лирических произведений болдинской осенью 1830 г. было написано около тридцати стихотворений, среди которых такие величайшие создания, как «Элегия» («Безумных лет угасшее веселье…»), любовные стихотворения — «Прощание», «Заклинание» и в особенности «Для берегов отчизны дальной…», такие, как «Герой», «Бесы», «Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы». Поражает широчайший тематический диапазон лирики болдинского периода: от проникновенного любовного стихотворения («Для берегов отчизны дальной…») до бичующего социального памфлета («Моя родословная»), от философского диалога на большую этическую тему («Герой») до антологической миниатюры («Царскосельская статуя», «Труд» и др.), до веселой шутки («Глухой глухого звал…»), до меткой и злой эпиграммы. Этому соответствует и исключительное разнообразие жанров и стихотворных форм: элегия, романс, песня, сатирический фельетон, монолог, диалог, отрывок в терцинах, ряд стихотворений, написанных гекзаметром, и т. д.

Лирика этих месяцев, как и все «болдинское» творчество Пушкина, с одной стороны, завершает целый большой период творческого развития поэта, с другой — знаменует выход его на принципиально новые пути, по которым десятилетия спустя пойдет передовая русская литература. Особенно новаторский характер носит небольшое стихотворение «Румяный критик мой…», при жизни Пушкина не печатавшееся и столь смутившее редакторов посмертного издания его сочинений, что они придали ему (возможно, и по цензурным соображениям) смягчающее заглавие «Каприз». Действительно, в этом стихотворении, представляющем собой как бы лирическую параллель к одновременно написанной «Истории села Горюхина», поэт начисто смывает все идиллические краски с изображения деревенской крепостной действительности, дает образец такого трезвого, сурового реализма, который прямо предваряет поэзию Некрасова.

www.testsoch.com

03:44 am — Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы…

«Мне не спится, нет огня;
Всюду мрак и сон докучный.
Ход часов лишь однозвучный
Раздается близ меня,
Парки бабье лепетанье,
Спящей ночи трепетанье,
Жизни мышья беготня…
Что тревожишь ты меня?
Что ты значишь, скучный шепот?
Укоризна или ропот
Мной утраченного дня?
От меня чего ты хочешь?
Ты зовешь или пророчишь?
Я понять тебя хочу,
Смысла я в тебе ищу..».

Читайте также:  Прикольные цитаты о бессоннице

А.П.

***

«Она сказала мне, что никогда не скучала. Она твердо решила забыть о безумии прошлого — в той мере, в какой легкоранимый, обуреваемый воспоминаниями мозг мог ей это позволить,— и огромный город стал для нее олицетворением Нового Света — и фактически, и в плане духовном. Она чувствовала, что физически еще не оправилась, но это не мешало ей получать удовольствие от того, что ее окружало, и она радовалась, как ребенок, которого привели в кафе-мороженое и разрешили брать что угодно. Прежде всего музыка: уже одно то, что можно вволю слушать музыку, сказала она, преисполняло все ее существо несказанным упоением — совсем как в предвкушении роскошного обеда. До встречи с Натаном ей не по средствам был патефон, но это не имело значения: она купила недорогой портативный приемничек и слушала дивную музыку, передаваемую всеми этими станциями со сложными сокращенными названиями, которые она никак не могла запомнить, а какие бархатные мужские голоса объявляли волшебные имена властителей и королей музыки, чьих творений она была так долго лишена; даже такие затасканные произведения, как Неоконченная симфония Шуберта или «Eine kleine Nachtmusik» , вновь преисполняли ее восторгом.

и конечно, были концерты — в Академии музыки, а летом на стадионе Льюисона в Манхэттене,— дивная музыка, и так дешево, почти даром; например, однажды вечером Иегуди Менухин исполнил на стадионе Концерт для скрипки Бетховена с такою дикой, неуемной страстью и нежностью, что, сидя одна, высоко, почти у края амфитеатра, дрожа от холода под сверкающими звездами, она почувствовала, как на нее нисходит успокоение, некая внутренняя умиротворенность, поразившая ее вместе с осознанием, что есть на свете вещи, ради которых стоит жить, и что она, если хоть немного повезет, сумеет, пожалуй, собрать воедино осколки своей жизни и, склеив их, стать новым существом.

однако в другой период своей жизни она могла бы перенести это более стоически. А сейчас отчаяние, в которое подвергла ее эта история, нарушило хрупкое равновесие, лишь недавно обретенное ее психикой, ибо это осквернение ее души (а она считала, что наряду с осквернением тела произошло и осквернение души) не только отбросило ее назад, в кошмар, из которого она медленно и осторожно стремилась выбраться, но и по своей преднамеренной жестокости было как бы проявлением самой сути этого кошмарного мира.
Она, столь долгое время чувствовавшая себя в буквальном смысле голой, незащищенной и за эти несколько месяцев в Бруклине так старательно пытавшаяся прикрыться былой броней уверенности и здравомыслия, сейчас поняла, что эта история снова лишила ее всех покровов.

она в очередной раз ощутила, как в душу заползает леденящий холод. Ничем не мотивируя своей просьбы — и не рассказав никому, даже Етте Зиммермен, о том, что произошло,— она попросила доктора Блэкстока отпустить ее на неделю и слегла. День за днем, в самую душистую пору лета, лежала она в постели за приспущенными жалюзи, сквозь которые в комнату проникали лишь тоненькие желтые полоски света. Она не включала радио. Ела мало, ничего не читала и вставала, только чтобы подогреть себе чаю на плитке. В полумраке затененной комнаты она слышала удары клюшкой по мячу и крики мальчишек на бейсбольных площадках парка, дремала, а потом вспоминала, как она девчушкой представляла себе, что вот заберется в напольные часы и, улегшись, словно во чреве, на стальной пружине, станет на ней качаться и разглядывать рычаги, рубины, колесики. И всегда где-то на краю сознания грозно маячила вполне определенная тень — видение лагеря, само название которого она почти исключила из своего лексикона и редко употребляла или думала о нем, ибо знала, что стоит дать лагерю завладеть ее воспоминаниями — и жизнь кончена, иначе говоря, придется с ней распроститься. Если лагерь снова завладеет ею, как это уже было в Швеции, достанет ли у нее сил противостоять искушению, или же она опять схватит что-нибудь острое, и уж на сей раз не оплошает? Этот вопрос часами занимал ее, пока она лежала тогда в своей комнате, уставясь в удручающе розовый потолок, по которому плыли, точно мелкие рыбешки, проникавшие снаружи полоски света.

По счастью, ее и на этот раз, как уже бывало, спасла музыка. На пятый или шестой день — Софи помнила только, что была суббота,— она проснулась после муторной ночи, полной страшных сумбурных снов, и, протянув как бы по привычке руку, включила маленький приемник «Зенит», стоявший у нее на ночном столике. Это был жест бессознательный, чисто рефлекторный: в эти дни тяжелой депрессии она отгородилась от музыки, чувствуя, что ей не вынести контраста между абстрактной, однако же безмерной красотой музыки и своим до боли осязаемым отчаянием. Но, сама того не ведая, она, видимо, способна была воспринять таинственную, исцеляющую силу Моцарта, этого величайшего лекаря, ибо первые же такты великой Sinfonia Concertante ми-бемоль мажор вызвали у нее дрожь неподдельного восторга. И внезапно она поняла, почему, почему эта звучная, благородная, утверждающая музыка, полная своеобразных, вызывающих трепет диссонансов, наполнила ее чувством облегчения и радостью узнавания. Это было не только произведение непреходящей прелести,— оно несло в себе то, что она искала десять лет. Она чуть с ума не сошла тогда, в Кракове, приблизительно за год до аншлюса, когда к ним приезжал струнный ансамбль из Вены. Она сидела в концертном зале и словно в трансе слушала это совсем новое для нее произведение, широко распахнув навстречу дивным, переплетающимся, журчащим мелодиям, перемежаемым резкими, бесконечно вдохновенными диссонансами, все окна и двери своей души. В пору своей юности, когда она непрестанно открывала для себя сокровища музыки, это было сокровище дивное, как будто только что отлитое. Однако она никогда больше не слышала этой вещи, ибо, как и все прочее, Sinfonia Concertante, и Моцарта, и этот сладостный жалобный диалог между скрипкой и виолой с включением флейты и струнных, и басовитых валторн — все унес ветер войны…»

From The Yudina Legacy, Volume 5: Mozart. Concerto no. 23 in A major for Piano and Orchestra K. 488 (1943), 2nd mt

jlm-taurus.livejournal.com

Источник